Есть ли предел человеческой боли? Не знаю. Есть ли предел человеческой силе? После таких книг мне начинает казаться, что нет. Всё, что описывает Варлам Шаламов - всё это за гранью людских возможностей, за гранью реальности. И это все было. От этого становится так страшно, что я не могу подобрать слова, чтобы это описать. В такие моменты мне начинает казаться, что этот мир уже ничто не хочется закрыться и спрятаться от ужасов и настоящего. Но нельзя... В первую очередь, ради таких людей, как автор этой книги, пронесший какой-то тихий, практически незаметный свет сквозь все лагеря и страдания, сохранивший его и щедро делящийся им с читателем даже в такой полной отчаяния книги. Нельзя никогда сдаваться ради него. Или ради тех, кого он упоминает: погибших, искалеченных, боровшихся другим или выцарапывавших свою жизнь в нечеловеческих условиях. Эта книга - гимн жизни. Хрупкая ласточка памяти для Осипа Мандельштама. Ломкая, но решительная веха в борьбе отважных узников. Тонкая петля веревки отчаявшегося и оглушительный свист топора в морозном воздухе. Память о страшной термометрии Севера и сахарных звездочках в молочных консервах. Да, это книга о палачах и убийцах, о смерти и боли. Но помнить и читать её стоит не по этому. А вопреки. Ради тех, кто выдержал и выжил. Для тех, кто был убит и уничтожен. Вечная память.
Объяснение:
В основе сюжета рассказа В. Шаламова «Одиночный замер» лежит судьба одного заключенного. В то же время это судьба всех заключенных, которые попали в тюрьму. В образе Дугаева автор смог отразить целый класс людей, которые были подвергнуты несправедливости.
В ходе повествования читатель узнает, что главному герою Дугаеву двадцать три года. Перед тем как попасть в тюрьму, он учился в школе, после чего поступил в университет. Герой почти ничего не видел в этой жизни, поэтому ему было так тяжело работать наравне с другими. Однако Дугаев понимал, что в тюрьме каждый сам за себя, что никому не важно, почему герой не может выдержать долгой работы.
Сюжет рассказа незамысловат, автор большое внимание уделяет деталям и подробностям арестантской жизни. Каждый день заключенных был по-настоящему труден. Утром выдавали хлеб, который необходимо было протянуть на весь день. Затем зеков собирали на перекличку, где у них спрашивали четыре во имя, фамилия, статья, срок. После этого заключенные работали в течение шестнадцати часов. После работы у арестантов собирали инструменты труда и вновь отправляли на перекличку. Кормили заключенных жидким холодным крупяным супом. Заснуть после работ было трудно, несмотря на усталость. Случалось это из-за того, что заключенные были очень голодны, это совершенно не давало спать, а если заснуть удавалось, то снились голодные сны с хлебом и жирными супами.
Данный распорядок дня не пугал Дугаева, а всего лишь удивлял его. Он не до конца понимал, что он здесь делает и с какой целью. Жизнь в тюрьме настолько утомила его, что он начал относится к ней с безразличием, Дугаеву было не важно, что станет с его дальнейшей судьбой.
Повествование начинается с того, что Дугаеву объявляют о том, что завтра он получит одиночный замер. Бригадир, который стоял рядом, понял, что это значит, поэтому он внезапно замолчал и стал смотреть на звезды. Напарник Дугаева Баранов, с которым герой не был так близок, предложил центральному персонажу сигарету, потому что он понимал, что значит «одиночный замер».
Дугаев не понял, почему ему дали одиночный замер. Он даже обрадовался тому, что теперь ему не придется выслушивать то, как другие заключенные ворчат на него из-за того, что он плохо работает. Дугаеву выделили отдельную лопату, кайло, лом и тачку. Герой послушно приступил к работе: он без передышки возил, кайлил и сыпал. Однако в конце рабочего дня он узнал, что выполнил только двадцать пять процентов приготовленной ему работы. На самом деле Дугаев был удивлен, так как рассчитывал, что сможет выполнить меньше.
На следующий день главный герой вновь работал со своей бригадой, а ночью его отвезли туда, где стоял высокий забор с колючей проволокой. Дугаев наконец понял, зачем его сюда привели. Он лишь об одном: что в своей последний день жизни он проработал и промучился напрасно.
В. Шаламов, ставя в центр повествования путь человека к смерти, говорит о судьбе Дугаева сухо, показывая, что его жизнь и смерть – это жестокая статистика существования заключенных.
а если ты задала вопрос с подвохом, то подвох в слове СОЛЬ
ЩИ
У бабы-вдовы умер ее единственный двадцатилетний сын, первый на селе работник.
Барыня, помещица того самого села, узнав о горе бабы, пошла навестить ее в самый день похорон.
Она застала ее дома.
Стоя посреди избы, перед столом, она, не спеша, ровным движеньем правой руки (левая висела плетью) черпала пустые щи со дна закоптелого горшка и глотала ложку за ложкой.
Лицо бабы осунулось и потемнело; глаза покраснели и опухли.. . но она держалась истово и прямо, как в церкви.
"Господи! --подумала барыня. -- Она может есть в такую минуту.. . Какие, однако, у них у всех грубые чувства! "
И вспомнила тут барыня, как, потеряв несколько лет тому назад девятимесячную дочь, она с горя отказалась нанять прекрасную дачу под Петербургом и прожила целое лето в городе!
А баба продолжала хлебать щи.
Барыня не вытерпела наконец.
-- Татьяна! --промолвила она. -- Помилуй! Я удивляюсь! Неужели ты своего сына не любила? Как у тебя не пропал аппетит? Как можешь ты есть эти щи!
-- Вася мой помер, -- тихо проговорила баба, и наболевшие слезы снова побежали по ее впалым щекам. -- Значит, и мой пришел конец: с живой с меня сняли голову. А щам не пропадать же: ведь они посоленные.
Барыня только плечами и пошла вон. Ей-то соль доставалась дешево.
ДВА БОГАЧА
Когда при мне превозносят богача Ротшильда, который из громадных своих доходов уделяет целые тысячи на воспитание детей, на лечение больных, на призрение старых -- я хвалю и умиляюсь.
Но, и хваля и умиляясь, не могу я не вспомнить об одном убогом крестьянском семействе, принявшем сироту-племянницу в свой разоренный домишко.
-- Возьмем мы Катьку, -- говорила баба, -- последние наши гроши на нее пойдут, -- не на что будет соли добыть, похлебку посолить.. .
-- А мы ее.. . и не соленую, -- ответил мужик, ее муж. Далеко Ротшильду до этого мужика!
Сойдет?