I(1) Я помню чудное мгновенье: (2) Передо мной явилась ты, (3) Как мимолетное виденье, (4) Как гений чистой красоты.II(5) В томленьях грусти безнадежной, (6) В тревогах шумной суеты, (7) Звучал мне долго голос нежный, (8) И снились милые черты.III(9) Шли годы. Бурь порыв мятежный (10) Развеял прежние мечты, (11) И я забыл твой голос нежный, (12) Твои небесные черты.IV(13) В глуши, во мраке заточенья (14) Тянулись тихо дни мои (15) Без божества, без вдохновенья, (16) Без слез, без жизни, без любви.V(17) Душе настало пробужденье: (18) И вот опять явилась ты, (19) Как мимолетное виденье, (20) Как гений чистой красоты.VI(21) И сердце бьется в упоенье, (22) И для него воскресли вновь (23) И божество, и вдохновенье, (24) И жизнь, и слезы, и любовь.
Капитан сливается со своими солдатами в одно целое, он не отделяет себя от других. На его батарее царит атмосфера семейственности: все солдаты, их командир - братья друг другу. Но семья - мирное начало, а идет война. Каждый стоит за всех, и все за одного. Подобная же ситуация будет на батарее Раевского во время Бородинского сражения, только свидетелем будет не Болконский, а Пьер в своей знаменитой белой шляпе. Чувствуется "скрытая теплота патриотизма".
До начала сражения Тушин рассуждает о смерти и единственный признается, что умереть страшно. Он честен и добр, отзывчив. Князь Андрей слышит все, и, очевидно, что ему, в душе философу, интересно знать, что думает представитель народа.
Но вот началось сражение. "Земля как будто ахнула от страшного удара". После разговора, услышанного князем Андреем, кажется, что это "оживление" земли происходит под влиянием Тушина, более того, сказано его словами, ведь он даже пушку называл по имени ("Матвеевна"), любя. Сразу же казавшиеся разрозненными люди сплачиваются, у всех есть одна общая цель - победить. У всех лица говорят: "Началось! Вот оно! Страшно и весело". Так думают и Тушин, и Болконский, так будет думать и Пьер в Бородинском сражении, человек невоенный, но приехавший поддержать армию, чувствующий, что случится что-то важное (русские будут драться за свою землю, за Родину).
Тушин и Багратион в чем-то противопоставлены друг ДРУГУ - Особенно это заметно при появлении князя Багратиона на месте сражения тушинской роты: Тушин оживлен, "пищит" (подчеркивается его в какой-то степени ненужность: эти великаны, окружающие его, знают, что и как надо делать), старается "придать молодцеватость своей фигуре", а глаза полководца тусклы, безжизненны.
По одним мифологическим представлениям мир создан каким-либо сверхъестественным существом — Богом-творцом, по другим — мир постепенно развился из некоего первобытного бесформенного состояния — хаоса, мрака, воды, яйца и пр. Мифотворчество — важнейшее явление в культурной истории человечества. Людям с самых ранних времен приходилось осмысливать окружающий мир. Кто сотворил все, что есть на земле? Почему всходит и заходит солнце? Почему день сменяется ночью? Почему появляются на ночном небосклоне луна и звезды, а туманно-белая полоса — Млечный путь, Кус-жолы — проходит через все небо? Что такое тучи, ветер, дождь, снег, град? На эти и на многие другие вопросы искали ответ наши далекие предки. Наиболее ранней формой понимания человеком окружающего мира и себя и является мифология. Древний человек переносил на природные явления свои собственные свойства, приписывал им жизнь, человеческие чувства. Представление неба, светил, земли, воды, природных явлений и т.д. в качестве конкретных и одушевленных образов порождало причудливую мифологическую фантастику. С одной стороны, боги часто представляются в мифах великанами (Тенгри, Умай), порой меняющими свой облик превращаться в животных, птиц, пресмыкающихся (Зевс, Йер-су), с другой — все боги, духи, герои связаны чисто человеческими семейными
(2) Передо мной явилась ты,
(3) Как мимолетное виденье,
(4) Как гений чистой красоты.II(5) В томленьях грусти безнадежной,
(6) В тревогах шумной суеты,
(7) Звучал мне долго голос нежный,
(8) И снились милые черты.III(9) Шли годы. Бурь порыв мятежный
(10) Развеял прежние мечты,
(11) И я забыл твой голос нежный,
(12) Твои небесные черты.IV(13) В глуши, во мраке заточенья
(14) Тянулись тихо дни мои
(15) Без божества, без вдохновенья,
(16) Без слез, без жизни, без любви.V(17) Душе настало пробужденье:
(18) И вот опять явилась ты,
(19) Как мимолетное виденье,
(20) Как гений чистой красоты.VI(21) И сердце бьется в упоенье,
(22) И для него воскресли вновь
(23) И божество, и вдохновенье,
(24) И жизнь, и слезы, и любовь.