Месяц спустя после разговора с Бульвер Спольдинг однажды, возвращаясь домой в вагоне подземной железной дороги, прочитал в газете: "Концерну Бэкфорда угрожает крах". Спольдинга интересовало все, что касалось возвышения и падения людей - от судьбы Наполеона до истории миллионов Ротшильда и Рокфеллера. И он внимательно прочитал газетную заметку. Оказалось, что Бэкфорд был одним из "гегманов" - профессионалов-шутников, нечто вроде французских конферансье. Это Спольдинг знал. Но дальше для него были новости. Оказалось, что "торговля смехом" поставлена в Америке на широкую ногу. Выдумывание острот - такой же "бизнес", как и изготовление шляп или запонок. И крупнейшим "концерном" такого рода являлось предприятие мистера Бэкфорда - "первого гегмана в Америке". Он придумывал и продавал остроты, писал скетчи, юмористические номера для музыкальной комедии, для работников эстрады, клоунов и комиков театра. Нажив на этом небольшое состояние, он начал покупать и перепродавать чужие остроты, собирать и систематизировать "мировые запасы смехотворения" - юмористические книги, исторические анекдоты, граммофонные пластинки с юмористическими записями. Его каталог содержал более сорока тысяч острот, шуток, анекдотов. Весь материал систематизировался по темам, пронумеровывался, каталогизировался. Любую шутку можно было найти в течение двадцати секунд. Каждый год каталог пополнялся на три тысячи номеров. Чтобы отобрать первые сорок тысяч, Бэкфорду пришлось просмотреть более трех миллионов шуток и острот. Заказчик требовал, чтобы в программах, составленных Бэкфордом, слушатель смеялся не менее восьмидесяти раз в час. Бэкфорд перевыполнил это требование: слушатели смеялись от девяноста до ста раз, а в самых лучших программах даже - рекордная цифра - сто двадцать раз в течение получаса. По теории Бэкфорда, зрители и слушатели не гонятся за новыми шутками, которые к тому же трудно изобретать. Все, что требуется от профессионала, - умело подобрать старые остроты. Теория эта как будто оправдывалась жизнью, по крайней мере дела "концерна" шли успешно. Бэкфорд оброс "дочерними" предприятиями: кино, мюзик-холлами и прочими - и даже обзавелся банком. И вдруг все это солидное здание начало давать трещину за трещиной. По необъяснимой причине слушатели и зрители смеялись все реже и реже: семьдесят, шестьдесят, сорок, двадцать раз в продолжение часа вместо восьмидесяти, девяноста, ста "обязательных". Сбыт сокращался... Почему? Спольдинг задумался. Быть может, Бэкфорд не учел изменившихся обстоятельств. Кризис. Общее тревожное настроение в стране и во всем старом мире. Чувство неустойчивости, неуверенности. Бэкфорд был грубый практик. Он не пытался ответить на вопрос теоретически. Заглянуть, вскрыть природу смешного. Изучить психологию современного зрителя, слушателя, читателя. Меняются люди, меняется их отношение и к смешному. То, что смешило вчера, вызывает сегодня недоумение. Понятие смешного подвижно и разнообразно. Но какие-то общие принципы смеха должны существовать. Быть может, они сводятся к пяти-шести основным "формулам". И если их найти и умело применять сообразно людям и обстоятельствам, люди начнут смеяться безотказно. А почему же нет? Надеется же Бульвер найти принципы прекрасного? И если да, то.., ведь это же золотые россыпи! Бэкфорд был и остался мелким кустарем. Он не понял, что смех не только валюта, но и могущественная сила. Как заманчиво обладать секретом смеха, заставлять хохотать всяких людей при всяких обстоятельствах! У Спольдинга даже руки похолодели. Что же надо делать? Во что бы то ни стало вырвать у смеха его тайну. Изучать вопрос теоретически и практически. И затем действовать. Нет основного капитала! Для начала можно предложить свои услуги этому гегману и банкиру Бэкфорду, а потом... Спольдинг так увлекся, что хлопнул ладонью по газете и неожиданно для себя крикнул на весь вагон: - Эврика! Соседка испуганно посторонилась, а Спольдинг, взглянув в окно, вновь вскрикнул, но уже от досады на себя: задумавшись, он проехал пять лишних остановок. Под смех пассажиров он кинулся к выходу. С того дня Спольдинг засел за работу...
Творческий путь М. Лермонтова был короток, но чрезвычайно продуктивен. Вся его литературная деятельность — от ученических проб пера до романа «Герой нашего времени» — продолжалась чуть более 12 лет, но за это время им было написано более 400 стихотворений, около 30 поэм, 6 драм и 3 романа. Лермонтовское творчество обычно разделяют на ранний и зрелый периоды, проводя границу между ними через 1835—1836 гг. Но следует иметь в виду, что при всех различиях между этими периодами поэт сохранял верность идеям и принципам, сформировавшимся еще на этапе его становления и направившим его лирику в русло так называемой «поэзии мысли».
Два поэта — Байрон и Пушкин — сыграли решающую роль в творческом развитии М. Лермонтова. В ранней лермонтовской лирике проявляется характерное для Байрона тяготение к романтическому индивидуализму, к изображению титанических страстей и экстремальных ситуаций, к лирической экспрессии, к типу героя-бунтаря, находящегося в конфликте с обществом, к «бегству» на «восток» (локализованный у Лермонтова в основном на Кавказе) и в «средневековье» (преимущественно русское у Лермонтова). Со временем поэт преодолел байроновское влияние, что и было им задекларировано в стихотворении «Нет, я не Байрон, я другой…». Пушкин же оставался постоянным спутником Лермонтова и его неизменным ориентиром в продолжение всего творческого пути. Сначала поэт непосредственно подражал Пушкину, а по достижении художественной зрелости последовательно развивал пушкинские традиции, как правило, вступая с ним в творческую полемику.
Начинается повесть с описания быта простой фермерской семьи Смитов, которая живет в степи Канзаса. Это отец Джон, мать Анна и их маленькая дочь Элли. Есть у них и домашний любимец – песик Тотошка. Вместо привычного дома из дерева или кирпича у Смитов есть только старый фургон, снятый с колес. Однажды начинается ураган, который поднимает легкий фургон и уносит его (вместе с находящимися в нем Элли и Тотошкой) в неведомые дали. Ураган, как выяснилось, принес Элли и ее верного песика в неведомую Волшебную страну, в которой разговаривали все живые существа и царило вечное лето. Оказалось, что ураган был вызван спятившей злой волшебницей Гингемой, которая удумала таким образом погубить всех людей. Но добрая фея по имени Виллина узнала о ее планах и решила изменить ход событий. Она сделала так, чтобы домик Элли приземлился прямо на голову злобной Гингеме. Правда, фея рассчитывала, что домик будет пуст. Гингема была повержена, но в Волшебную страну попала Элли, которая очень хотела домой! Оказалось, что это практически невозможно, ведь эта загадочная страна была отделена от «большого мира» огромной пустыней и высокими горами. Заглянув в волшебную книгу, Виллина прочитала там, что девочка сможет вернуться домой, если трем существам исполнить их самые заветные желания, а ей в этом Гудвин – великий волшебник Изумрудного города. Элли отправляется в путь, надев очаровательные серебряные башмачки, которые находит для нее Тотошка взамен ее развалившихся башмаков. Ее ориентир – дорога, вымощенная желтым кирпичом. В самом начале странствий Элли встречает чучело, сделанное из соломы, которое больше всего на свете хочет получить мозги. Его имя – Страшила. Затем к ним присоединяется Железный Дровосек, сокровенная мечта которого – сердце. Позже друзья встречают Трусливого Льва, который хочет получить немного смелости. Маленькой Элли и ее друзьям приходится перенести немало испытаний: битву с Людоедом, переправу через реку, сражение с саблезубыми тиграми, сон на маковом поле, едва не ставший вечным. Из всех приключений они выходят с честью, благодаря сильным сторонам каждого из членов этого «отряда» Добравшись до Изумрудного города, Элли и ее друзья оказываются разочарованными – Гудвин (вот, к слову, ответ на вопрос о том, как звали волшебника Изумрудного города) отказывается исполнить желания товарищей, пока кто-либо из них не победит Бастинду, злую волшебницу Фиолетовой страны. Это было неимоверно трудно, но компания друзей справилась с задачей! Когда Элли, Тотошка, Страшила, Дровосек и Лев вернулись в Изумрудный город, выяснилось, что Гудвин – вовсе не чародей, а обычный артист, которого на воздушном шаре занесло в Волшебную страну ураганом много лет назад. Он решил починить свой шар и так вернуться домой вместе с Элли. Отметим, что мнимый волшебник одарил всех друзей Элли тем, о чем они просили: мозгами из отрубей, булавок и иголок, тряпичным сердцем и порцией «смелости». К сожалению, порыв ветра унес шар, в который не успели сесть Элли с Тотошкой. И снова друзья отправляются в дорогу. На этот раз – к Стелле, волшебнице Розовой страны, которая владеет секретом вечной красоты и молодости. И снова опасности и приключения: воинственные марраны, наводнение. Стелла открывает девочке, что она могла вернуться домой в тот же день, как попала в Волшебную страну – стоило всего лишь ударить друг о друга башмачки, которые принес ей Тотошка. Девочка так и поступает. И за три шага оказывается дома! Правда, теряя чудесную обувь!
