В поэме М. Ю. Лермонтова «Песня про. . удалого купца Калашникова» мы встречаемся с двумя непохожими взглядами на жизнь, двумя совершенно разными людьми. Один из них — честный и достойный, удачливый купец и уважаемый соседями хозяин, работящий и верный муж Степан Парамонович Калашников. В его молодую красавицу жену Алену Дмитревну влюбился любимый царский опричник Кирибеевич. Это человек совсем иных принципов. Думая только о себе, он без всяких угрызений совести готов поломать чужую жизнь и счастье, разрушить семью и навлечь позор на голову своей любимой. Да и можно ли здесь говорить о возвышенном чувстве, если Кирибеевич, сумев подстеречь Алену Дмитревну вечером на улице, на глазах у всех болтливых соседей предлагает ей наряды и драгоценности в обмен на ее любовь? ! Однако наглость и вседозволенность не сходят с рук эгоистичному ухажеру. За честь и доброе имя жены и собственной семьи вступается сам Степан Калашников. Без раздумий готов он вызвать на смертный бой обидчика, заранее зная, что в случае победы навлечет на себя гнев самого царя. Однако ничто не может остановить храброго купца, стремящегося отстоять справедливость.
Услышав имя соперника и его обвинения, задрожал Кирибеевич, побледнел, но деваться-то уже некуда: раз вышел — нужно биться. И проиграл эту битву хвастливый опричник, пораженный могучим ударом Калашникова.
Еще раз доказал купец свою честность и порядочность, признавшись разгневанному смертью любимого бойца царю, что умышленно убил Кирибеевича, однако причины не стал объяснять. Этим благородным поступком он сохранил в тайне бесчестное поведение опричника и защитил от сплетен и недомолвок доброе имя своей жены. Однако решение царя было однозначным. Гордо и достойно взошел Калашников на плаху, оставшись в памяти знавших его людей примером чести, благородства и глубокой порядочности:
Пройдет старый человек — перекрестится, пройдет молодец — приосанится, пройдет девица — пригорюнится
Под античной в литературоведении понимается система стихосложения в Древней Греции, где она возникла еще в VIII в. до н. э. , и в Древнем Риме, куда в III в. до н. э. она перешла из Греции.
В античном мире поэты не читали свои стихи, а пели; поэт был одновременно и певцом (рапсодом) , изображали его с музыкальным инструментом - лирой (отсюда название - лирика) .
Античное стихосложение называют также метрическим (от лат. Metron - мера) .
Древнегреческий и латынь характеризовались долготой и краткостью гласных звуков. Поэтому в основе этой системы стихосложения лежит чередование кратких и долгих слогов, которые соединялись в стопы, напоминающие сочетание нот в музыкальном такте. Повторение таких стоп образовывало стих - стихотворную строку и обуславливало его внутренний ритм.
Первое сплошь рифмованное произведение — латинские «Instructiones» Коммодиана (270 г.) ;
но здесь по всему стихотворению проходит одна рифма. Рифма разнообразная и изменяющаяся с каждым двустишием появляется в так называемом леонинском гекзаметре, где первое полустишие рифмует с концом;
затем с 600 г. мы находим её в церковной латинской поэзии, где с 800 г. она становится обязательной и откуда переходит в светскую поэзию кельтских и романских, а затем и германских народов.
В немецкую поэзию рифма введена под влиянием романских форм, первое большое немецкое произведение в рифмованных стихах - сводное Евангелие («Krist») Отфрида (868).
Первые рифмованные речения в мире (еще даже не стихи) наверняка возникли еще до появления письменности. Это ведь мощное мнемоническое средство. У римлян, кстати, была рифма, но не собственно в поэзии, а в пословицах. Иногда, например, Катулл использовал внутреннюю рифму. Некоторые из библейских речений имеют нечто вроде рифмы.