На самом деле одиннадцати месяцев заключения не было — было шесть месяцев: в Бутырской тюрьме Владимир Маяковский был со второго июля 1909 года по девятое января 1910 года. Режим содержания заключенного Маяковского был довольно жестким, однако ему предоставили возможность писать стихи. И он исписал целую тетрадь. Это своё творчество в то время сам поэт, тогда еще совсем юный, подросток практически, называл позднее так:
Вышло ходульно и ревплаксиво.
Когда его выпустили из тюрьмы, эту тетрадь отобрали. Владимир Маяковский сожаления не выразил по этому поводу, даже наоборот, был своего рода признателен за то, что его лишили возможности эти стихи напечатать.
И тем не менее, именно эту тетрадку, эти стихи и эти тюремные месяцы стали отправной точкой для дальнейшего творчества поэта. Так он сам считал. Будучи еще подростком, он суровую школу. Можно сказать, окунулся в революционную жизнь. Он сделал соответствующие выводы и — вышел из партии (РСДРП).
Д.Мережковский
Кроткий вечер тихо угасает
И пред смертью ласкою немой
На одно мгновенье примиряет
Небеса с измученной землей.
В просветленной, трогательной дали,
Что неясна, как мечты мои,—
Не печаль, а только след печали,
Не любовь, а только след любви.
И порой в безжизненном молчаньи,
Как из гроба, веет с высоты
Мне в лицо холодное дыханье
Безграничной, мертвой пустоты…
26 августа 1887
Писатель, драматург, литературный критик, переводчик, философ Дмитрий Сергеевич Мережковский ( 2 (14) августа 1865[ - 9 декабря 1941) начинал как поэт, один из основоположников символизма. Философско-лирическое стихотворение "Кроткий вечер тихо угасает…", поражает уже тем, что написано, когда поэту едва исполнилось 22 года. Его настроение можно было бы объяснить тем, что он недавно пережил смерть друга и собственную тяжелую болезнь, но эти мотивы характерны для всей поэзии Серебряного века.
Тема стихотворения: сравнение угасания вечера и человека.
Идея: Вера преодолеть одиночество перед лицом смерти.
Повествование спокойное, элегическое, без восклицаний и риторических вопросов. Это наблюдение за угасанием вечера, перекликающееся с мыслями об умирании человека.
В первой строфе лирический герой любуется тихим вечером, угасанием его красок, которые сравнивает с лаской, обращенной и к небесам, и к земле. Тут же образ заката заменяется образом смерти, противопоставляя небесную жизнь земным страданьям.
Во второй строфе в пейзаже остается только полоска света, вызывающая теплое чувство. Герой растроган, он строит догадки, что после смерти угасают все чувства: и печаль, и любовь. Он не боится смерти, сравнивая грядущую даль с мечтами: будет неясно что, но что-то светлое.
Но закат к третьей строфе уже угас. Наступившая темнота и ночная прохлада вызывают ассоциации с темнотой гроба. Вот этот холод и пустота, мелькающие порой сомнения в наступлении нового дня - Царствия небесного - мучительны для героя, как и сомнения в том, что оно будет небесами ему даровано.
Поэт проводит мысль, что проблема неминуемой смерти стоит перед каждым человеком. И каждый решает ее сам. Вера в жизнь после смерти от унынья и печали, от страха перед небытием. Выбор показан между трогательной просветленной далью и холодной мертвой пустотой. Лирический герой, мне кажется, этот выбор еще не сделал.
Стихотворение написано пятистопным хореем, который придает ему плавную интонацию. Женские рифмы нечетных стихов усиливают плавность. Мужские же рифмы четных предполагают перевод дыхания и паузу, делая тем легкий акцент на первом слове следующего стиха (на одно, не любовь, мне). Рифмовка перекрестная.
Природное явление - угасание вечера - является аллегорией смерти.
Эпитеты также подчеркивают различие в настроениях строф. В первой – тихая покорность неизбежности как избавлению от тягот: кроткий вечер; ласкою немой; измученной земле. Во второй – умиление: просветленной, трогательной дали, что неясна. В третьей – неприятные ощущения: в безжизненном молчаньи; холодное дыханье; безграничной, мертвой пустоты.
Сравнения: даль неясна, как мечты; веет, как из гроба.
Противопоставление: небес и земли.
Олицетворенье: кроткий вечер примиряет перед смертью лаской; дыханье пустоты
Оксюморон: дыханье мертвой пустоты.
Анафора: Не печаль, а только след печали,
Не любовь, а только след любви.
В стихотворении даны образы-символы: кроткого угасающего вечера, неясной, но трогательной дали, холодной, мертвой пустоты, гроба. Образ небес не определен: они противопоставлены измученной земле, но с них может как исходить свет, так и веять холод. Образ лирического героя дан через его восприятие красоты вечера и философские размышления о смерти. Он одинок, умен, мечтателен, верит в загробную жизнь, но не избежал сомнений в ней, испытал любовь и печали, знаком с чувством пустоты, много думает, может проводить параллели и делать выводы.
Это стихотворение создает философское настроение. Меня оно также заставило поразмышлять о неизбежном и ближе познакомиться с биографией и творчеством поэта.
Интересно, что первоначальный вариант имел еще две строфы. В одной идет привязка к пейзажу, а в другой, бывшей заключительной, подчеркивается страх из-за потери веры в Бога.
[В этот миг торжественный, безмолвный,
В темноте, как море, широка,
С мерным шумом царственные волны
Катит вдаль могучая река.]
[Сердце в грезы перестало верить,
Для него - ни бога, ни чудес,
И очами страшно мне измерить
Глубину безжизненных небес.]
С этими строфами стихотворение понятнее и приземленное, а в усеченном виде – интереснее и красивее.
Из этого стихотворения получился бы замечательный романс.