час, а я все еще стояла в очереди на почте. Мне нужно было отправить посылку в другой город. Передо мной стояло множество людей, которые изнывали от ожидания. От нечего делать, я стала приглядываться к этим людям. Мое внимание привлекла одна старенькая бабушка, которая стояла впереди меня. У нее тряслись руки, были грустные глаза и потерянный взгляд. Она очень крепко прижимала к груди тряпочную хозяйственную сумку (видели наверняка, почти все пенсионеры с такими ходят).
Очередь потихоньку дошла до нее. Мужественно отстояв столько времени, бабушку наконец рассчитали и попросили заплатить около четырех тысяч рублей. Голос прозвучал как приговор, для старушки это была огромная сумма. Бабушка быстро полезла в сумку и достала пакетик, в котором хранила свои деньги. Она судорожно развязывала пакет и очень торопилась, так как со всех сторон слышались раздражительные вздохи и фыркания. От волнения бедная бабушка рассыпала по всему полу всю мелочь. Она ахнула и стала скорее собирать упавшие монеты. Возгласы окружающих становились все громче и громче, а некоторые начали просто хамски ворчать. Сама кассир позволила себе несколько неприятных фраз. Мое сердце не выдержало, я сделала замечание кассиру и стала бабушке. Собрав всю мелочь, я ей расплатиться по счетам.
Потратив на все больше времени, чем другие ожидали, я пропустила свою очередь, чтобы немного успокоить людей, напрочь забыв про свою важную посылку. Я взяла под руку бабушку, и мы вышли на улицу. Бабушка с опаской поглядывала на меня и молчала. Меня переполняли эмоции, мне так захотелось еще чем-то этой бабушке. Вдруг я вспомнила, что в сумке у меня есть немного конфет. Проводив бабушку до дому, я всучила ей все конфеты и пошла прочь. Чуть поодаль я обернулась и увидела, как бабушка стоит все на том же месте, смотря мне вслед, такая потерянная, такая одинокая, а по ее щеке катились друг за другом слезы. Смотря на нее со стороны, я только сейчас обратила внимание на ее бедное, потертое, в едва заметный цветочек платье; массивные, тяжелые, почти до дыр заношенные башмаки, старый, туго завязанный платок, ту же тряпочную сумку, которой уже, наверное, очень много лет, тут вспомнился ее кошелек, а точнее полиэтиленовый пакет, который ей его заменял. Я подумала: «Боже, как же живут наши старики!».
Я подбежала и крепко обняла бабушку, спустя пару минут она мне шепнула на ушко: — Дай Бог здоровья тебе, доченька, и по больше бы таких добрых людей! И тут я не выдержала и заплакала
Главный герой – молодой офицер в отставке Владимир Дубровский. Он приезжает в имение своего отца и узнает, что отчий дом и все имущество переходит по решению суда к помещику Троекурову. Этого человека Владимир считает причиной всех несчастий и виновником смерти своего отца. Вот что он говорит Марии Кирилловне: „.. я тот несчастный, которого ваш отец лишил куска хлеба, выгнал из отеческого дома и послал грабить на больших дорогах» . Часть дворовых людей господ Дубровских отказывается переходить к новому хозяину, они бунтуют и требуют мести. Кроме того, Владимир поджигает родной дом, чтобы тот не достался Троекуровым. По вине кузнеца Архипа в огне пожара погибают приказчики. Теперь молодому Дубровскому нет дороги назад – он уходит в лес и становится предводителем разбойников. Мне кажется, что обстоятельства жизни, несчастья, случившиеся с его семьей, а также протест и гнев крепостных крестьян заставили Владимира Дубровского стать грозным разбойником.
Андрей Гаврилович Дубровский был дворянином. У него было поместье, и он владел семьюдесятью душами крепостных. У него был друг – Кирилла Петрович Троекуров. Человеком Троекуров был очень знатным. Однажды Дубровский поссорился с Троекуровым. Троекуров разозлился и решил отнять у своего бывшего друга поместье. Троекуров добился своего. На суде у Дубровского случился нервный срыв. Егоровна, нянька Владимира Дубровского, послала ему письмо. В нём она писала, что у отца Владимира со здоровьем совсем плохо. Владимир Дубровский с восьми лет после смерти матери жил в Петербурге, воспитывался в Кадетском корпусе. Узнав о болезни отца, Владимир сразу же к нему приехал. Через некоторое время в Кистенёвку – имение Дубровских – приехал Троекуров. Он хотел помириться с Андреем Гавриловичем. Когда отец ладимира Дубровского увидел в окно Троекурова, ему стало плохо, и он умер. Троекуров передал документы на управление Кистенёвкой Шабашкину, который Кирилле Петровичу отобрать эту деревню у Дубровских. Шабашкин и другие люди Троекурова остались ночевать в Кистенёвке. Дубровский не хотел, чтобы его дом достался этим людям, и сжёг его вместе с Шабашкиным и компанией. Правда, сжечь этих людей он не хотел. Это была затея кузнеца Архипа, который специально закрыл дверь в доме, в котором ночевали пьяные приказные. Дубровский остался без гроша в кармане, и он стал разбойником вместе со своими холопами.
Так как я поняла что легкомыслие Ковалева может быть расценено как нарушение закона, как самозванство, как преступление против государственных постановлений, что влекло наказание, расправу. В этом же указе специально оговорено: «Запрещается гражданским чиновникам именоваться военными чинами (Свод, с. 119). Оказывается, что легкомыслие Ковалева может быть расценено как нарушение закона, как самозванство, как преступление против государственных постановлений, что влекло наказание, расправу. Горе, досада героя происходят оттого, что он не может использовать этот пункт закона в своих интересах: нос пропал «ни за что, ни про что, пропал даром, ни за грош!» . Напротив, отсутствие носа грозит ему служебными неприятностями, убытками, срывает его планы стать вице-губернатором или экзекутором Автор-повествователь иронически удивляется: «Как Ковалев не смекнул, что. . объявлять о носе. . неприлично, неловко, нехорошо!» . В повести обыгрывается и мотив дурного поведения. «У порядочного человека не оторвут н oca , — заявляет частный пристав, — много есть на свете всяких майоров, ( Вот вроде того)
Очередь потихоньку дошла до нее. Мужественно отстояв столько времени, бабушку наконец рассчитали и попросили заплатить около четырех тысяч рублей. Голос прозвучал как приговор, для старушки это была огромная сумма. Бабушка быстро полезла в сумку и достала пакетик, в котором хранила свои деньги. Она судорожно развязывала пакет и очень торопилась, так как со всех сторон слышались раздражительные вздохи и фыркания. От волнения бедная бабушка рассыпала по всему полу всю мелочь. Она ахнула и стала скорее собирать упавшие монеты. Возгласы окружающих становились все громче и громче, а некоторые начали просто хамски ворчать. Сама кассир позволила себе несколько неприятных фраз. Мое сердце не выдержало, я сделала замечание кассиру и стала бабушке. Собрав всю мелочь, я ей расплатиться по счетам.
Потратив на все больше времени, чем другие ожидали, я пропустила свою очередь, чтобы немного успокоить людей, напрочь забыв про свою важную посылку. Я взяла под руку бабушку, и мы вышли на улицу. Бабушка с опаской поглядывала на меня и молчала. Меня переполняли эмоции, мне так захотелось еще чем-то этой бабушке. Вдруг я вспомнила, что в сумке у меня есть немного конфет. Проводив бабушку до дому, я всучила ей все конфеты и пошла прочь. Чуть поодаль я обернулась и увидела, как бабушка стоит все на том же месте, смотря мне вслед, такая потерянная, такая одинокая, а по ее щеке катились друг за другом слезы. Смотря на нее со стороны, я только сейчас обратила внимание на ее бедное, потертое, в едва заметный цветочек платье; массивные, тяжелые, почти до дыр заношенные башмаки, старый, туго завязанный платок, ту же тряпочную сумку, которой уже, наверное, очень много лет, тут вспомнился ее кошелек, а точнее полиэтиленовый пакет, который ей его заменял. Я подумала: «Боже, как же живут наши старики!».
Я подбежала и крепко обняла бабушку, спустя пару минут она мне шепнула на ушко:
— Дай Бог здоровья тебе, доченька, и по больше бы таких добрых людей!
И тут я не выдержала и заплакала