Вот отчего будто бы наш любимый маленький город получил свое прекрасное имя: Звени-город.
Мы живем верстах в семи от Звенигорода — в деревне Дунине на берегу реки Москвы. Правый берег нашей реки в этом месте очень высок и поднимается многими ступеньками-террасами вверх. На средней ступеньке стоит наш домик, и нам видно из окна, и как дети в школу идут по мосткам,— школа на той стороне реки в селе Козине,— и как рыбу ловят в реке.
Кто видел реку в Москве, тот не узнает ее в Дунине, скажет, это совсем другая река. До чего узка тут река в сравнении с московской! Летом у нас два мальчика, один с нашего берега, хорошо понатужившись, перекидывает другому мальчику на другой берег камешек с ниточкой, и так оба мальчика соединяются. Посредине этой лески над рекой висит крючок («зазубрик»), и на этом зазуб-рике насажен живец: обыкновенно это бывает пескарь, но случается и плотичка, и маленький окунь. Мальчики леску то подтянут, то ослабят, чтобы наживка не ныряла глубоко в реку, а только бы тюкала о поверхность воды и опять поднималась вверх над водой.
Есть в реке щука, есть шелеспер, голавль, окуньчерез нашу Москву-реку, и трикотажницы зашумят по мосткам, мешая нам ловить пескарей.
Но далеко до этого времени. Под вечер мы опять сидим на холме: на самом верху наш командир Ваня, вокруг него все школьники, а пониже школьников в кружке все молодые трикотажницы.
Мы еще не остыли от работы и как будто ждем команды своего командира.
Вон карий, и ясный, и твердый, и такой чистый глазок нашего лучшего ученика Васи Веселкина требовательно глядит в рассеянные по голубому пространству голубые глаза командира.
— Ваня!— решился позвать Вася Веселкин.
— Ну?— отвечает Ваня.
— Ты везде бывал?—спрашивает Веселкин.
— И везде,— отвечает командир,— и за везде: я весь путь войной от Сталинграда и до Берлина.
Все это известно, и, конечно, мальчик хочет что-то спросить еще и не может, усиливается и только краснеет, а лодочник собрался в себе и ждет. Надо скорей мальчику.
— Ваня!— сказали мы.— Веселкин хочет сказать: «Ты много видел всяких земель. Есть ли на свете где-нибудь местность краше нашего Дунина?»
— Что там земли разные!— отвечает Ваня.— Я видел море. Да, папаша, Черное море!
— Видел Черное море!— подхватили школьник
Столько Ваня насказал всего о красивых землях своих и чужихстран! Трикотажницы перестали даже меня укорять, и один только Вася Веселкин смотрел на меня и чего-то все ждал и ждал...
И вдруг Ваня-инвалид обернулся прямо ко мне, стукнул себя в грудь кулаком и сказал с таким чувством, как будто он хотел молотком из камня навсегда вырубить свои слова:их слов выходило то самое, чего мы все так страстно хотели и не смели друг другу сказать: на свете сейчас в эту чудесную пору русской весны для нас
Человечество освоило Землю, воздушное и водное пространства. В космос запускаются спутники, оснащенные специальным оборудованием для установления контакта с жителями иных цивилизаций. Да, мы не одни. Во Вселенной бессчетное количество звезд, планет, галактик, а наша Солнечная система всего лишь капля в гигантском океане Мироздания. Но фотографии, сделанные со спутников, показали, что ни на одной планете, по крайней мере нашей Солнечной системы, нет условий для жизни. Земля — единственная и неповторимая, данная нам свыше.
Но на Земле мир утопает в кровавых войнах, люди страдают от мучительных болезней; на небе воссияла горькая звезда Полынь — тысячи жизней унесла Чернобыльская катастрофа. Люди вырубают леса, истребляют животных; заводы и фабрики загрязняют атмосферу. Нерациональное использование земли приводит к уничтожению флоры и фауны, на Земле образуются пустыни, заболачиваются реки, исчезают родники. Люди, часто не задумываясь или не понимая, разрушают свой прекрасный природный дом — Землю. Так как же жить на Земле, чтобы не мешать ей жить?
ответ прост: надо открыть свои души добру, понять, что человек — часть природы, а не ее властелин, поэтому он должен сохранить ее во имя будущих поколений