Да, говорить и слышать я не могу, от рождения глухонемой, но думать, слушать, соображать и чувствовать очень хорошо умею. Эх, и за какие грехи перевели меня в услужение к старой барыне в город из деревни? Видно, потому, что я ото всех наших обликом отличался: двенадцати вершков роста, сложен богатырем, самый лучший тягловой, работаю за четверых, да еще и говорить не умею. Вот, без дела теперь сохну здесь в усадьбе старой и скупой барыни, доживающей свой век в одиночестве, только дворня у нее в окружении, потому что она вдова, а сыновья ее служат в Петербурге, дочери вышли замуж… Привезли меня в Москву, как бесправную скотину, как быка, которого только что взяли с нивы, где сочная трава росла ему по брюхо, — взяли, поставили на вагон железной дороги — и вот, обдавая его тучное тело то дымом с искрами, то волнистым паром, мчат его теперь, мчат со стуком и визгом, а куда мчат — бог весть! Купили мне сапоги, сшили кафтан на лето, на зиму тулуп, дали в руки метлу и лопату и определили дворником. Долго я привыкал, никак не мог понять, зачем я здесь, даже часто останавливался посреди двора и глядел, разинув рот, на всех проходящих, как бы желая добиться от них решения загадочного своего положения, то вдруг уходил куда-нибудь в уголок и, далеко швырнув метлу и лопату, бросался на землю лицом и целые часы лежал на груди неподвижно, как пойманный зверь.
То ли дело раньше: я был на воле как дерево, как дуб, исполинский, молчаливый и могучий. Бывало, выйдешь из своей родной маленькой избушки с братьями в поле, и дело спорится, и пашешь, налегая огромными ладонями на соху. Братья смеялись, потому что им казалось, что я один, без лошаденки, взрезывал упругую грудь земли, либо о Петров день так сокрушительно действовал косой, что хоть бы молодой березовый лесок смахивать с корней долой, либо проворно и безостановочно молотил трехаршинным цепом, и как рычаг опускались и поднимались продолговатые и твердые мышцы моих плеч. А мое постоянное безмолвие придавало торжественную важность работе. Хороший я мужик, а коли язык бы ворочался, глядишь, и жена бы была у меня. А теперь двор мету да стерегу. Смешная работа! Ну что это против работы на земле?! Двор содержать в чистоте, два раза в день привезти бочку с водой, натаскать и наколоть дров для кухни и дома, да чужих не пускать и по ночам караулить. Недавно двух воров поймал, да так лбами их свел, что они, что на глаза мне попались! Все в округе обходят теперь двор стороной с недоброй мыслью. Я порядок люблю! Вон, гуси, какие важные ходят, все порядком у них, а кто сунется к ним – мало не покажется – защиплют до смерти! И я теперь как гусак по двору хожу порядки навожу! Я усердно исполняю свою обязанность: на дворе у меня никогда ни щепок не валяется, ни сору; застрянет ли в грязную пору где-нибудь с бочкой отданная под мое начальство разбитая кляча-водовозка, я только двину плечом — и не только телегу, самое лошадь спихну с места; дрова ли я примусь колоть, топор так и звенит у меня, как стекло, и летят во все стороны осколки и поленья. С дворней я сошелся, но кажусь из-за молчания своего им угрюмым, поэтому мы коротки со всеми, я их за своих считаю. И каморку под кухней мне дали, сделал я там все сам, как захотел, соорудил в ней кровать из дубовых досок на четырех чурбанах, — истинно богатырскую кровать; под кроватью - дюжий сундук; в уголке столик такого же крепкого свойства, а возле столика — стул на трех ножках, да такой прочный и приземистый, что я сам иногда уроню его и дивлюсь прочности его. Каморка моя запирается на замок, ключ всегда ношу с собой. Я не люблю, чтобы ко мне ходили.
Лирическая песня «не бушуйте, не бушуйте, ветры буйные… » затронула мою душу. Она исполняется от лица скорбящей невесты, которую отверг и покинул «сердечный друг» . В песне героиня раскрывает свои чувства. Этому композиция произведения - монолог.
Песнь начинается обращением лирической героини к «ветрам буйным» . Она говорит о них, как о живых существах («не бушуйте, не бушуйте, ветры буйные, не тревожьте мои мысли скучные…») . Героиня изливает им всю душу, рассказывает о своем большом горе, словно просит посочувствовать и чем-то. Она обращается к ветрам, как к матери или к очень близкому другу.
Природа словно отражает душевное состояние девушки. В героине как будто все кипит, надвигаются темные страшные тучи. Она страдает и не знает, кому поведать об этом. И находит необходимого ей собеседника в природе. А ветры как будто переживают за героиню, они «бушуют» , волнуются. В природе чувствуется сострадание, и словно скоро пойдет дождь – она заплачет. В произведении картина окружающего мира прочувствовать состояние души лирической героини. Используется прием психологического параллелизма.
В песне героиня спрашивает:
Чем я своего голубчика прогневала?
Или тем, что я верна была?
Или тем, что я люблю тебя?
Не лукава была, не насмешлива?
Она обращается к условному собеседнику – ветру. Но ни он, ни читатель, ни кто-либо другой на эти вопросы не сможет никогда ответить. В какую-то минуту даже кажется, что героиня сама не ждет ответа, потому что знает его:
Знаю: батюшка, знаю, жизнь моя,
Что можешь найти лучше меня, -
А верней меня не сыскать тебе.
А это обозначает, что вопросы героини в песне риторические.
Прочитав песнь, я узнала, что девушку выдают замуж не по любви. Но невеста обязана быть верной своему суженному и принадлежать ему полностью, даже сердцем. Чтобы сохранить свою семью, девушка не должна гневить супруга. Невесте нельзя противоречить мужу, лукавить ему. Я думаю, что в песне рисуется нравственный идеал русской невесты.
В песне героиня страдает, потому что ее покидает возлюбленный. Девушке тревожно, страшно, грустно и горько из-за этого. Настроение, выраженное в песне, создается с всевозможных поэтических приемов. В произведении используется инверсия («Покидает любить меня сердечный друг») , психологический параллелизм:
Не бушуйте, не бушуйте, ветры буйные,
Не тревожьте мои мысли скучные;
Уж и так мне жить тошнехонько… ;
Многочисленные эпитеты («ветры буйные» , «мысли скучные» , «сердечный друг») , повторы («или тем, что я верна была? или тем, что я люблю тебя») , риторические вопросы (Чем я своего голубчика прогневала? Не лукава была, не насмешлива?) .
Мне жалко героиню этой песни. Я сочувствую ее горю, и переживаю за девушку. Читая эту песнь, я словно оказалась на месте героини, и мне стало грустно. Произведение поразило меня своей чувствительностью и выразительностью