Природа к человеку добра и щедра. У нее есть все, что необходимо человеку для проживания. Если человек будет разумен, используя все эти богатства, сохранит и приумножит то, что уже дано природой, то он сможет всегда жить безбедно.
Но отношение человека к природе видно наглядно, стоит только посмотреть в свое окно.
Там дым и смог от котельных и заводов, горящих свалок, автомобильных выхлопов. Загрязненная почва, непригодная для питья вода. Человек живет на планете, как паразит, потребляя и разрушая варварски окружающую среду. Когда - то у человека было все в изобилии, природа даровала ему свои богатства. Были чистые реки и озера, богатые рыбой; огромные леса, полные животных; поля с урожайной землей. Но человек оказался нерадивым хозяином. Он только берет, практически ничего не давая взамен. Он выбирает сиюминутную выгоду, навсегда утрачивая природные достояния для будущих поколений
Конечно, такое отношение не проходит бесследно. Вырубая леса, люди оставляют на их месте пустыни, итогом являются засухи, разрушение почв, гибель диких зверей. Меняется сам климат планеты из-за бездумного природопользования. Приходят разрушительные ураганы и смерчи. Там, где лес не вырубили, он просто горит. У человека не находится достаточно ресурсов, чтобы уберечь его от огня. Природные пожары уничтожают ежегодно тысячи гектаров тайги. Природа очень страдает от такого поведения человека.
Люди, считающие себя венцом творения, проявляют величайшую недальновидность и глупость, разрушая и приводя в негодность свой собственный дом – планету Земля. Что они оставят после себя будущим поколениям, своим детям и внукам? Ведь, даже выезжая на пикник за город, на природу, выбираясь на свежий воздух из своих загаженных городов, они, к сожалению, оставляют непогашенные костры, мусор и стекло на берегах водоемов. Казалось бы, нет ничего проще, чем убрать за собой.
Чтобы природе, необходимо строить очистные сооружения, мусороперерабатывающие предприятия, восстанавливать леса новыми посадками. Также нужно воспитывать с детских лет уважение к природе. Прививать детям чувство ответственности за свою землю. Чтобы они относились к ней бережно, пользовались в полной мере ее дарами и передали все это следующим поколениям люде
Источник: Сочинение Взаимоотношения человека и природы рассуждение
Рассказчик не только знает обычаи и нравы офицерской среды, но усвоил ее понятия о чести, о храбрости. Весь словесный строй его рассказа основан на сжатой и точной фразе, характерной для военного человека, лишенной эмоционального оттенка, кратко, даже суховато передающей лишь самую суть, внешнюю сторону событий, свидетелем которых являлся "подполковник И. Л. П. ". Пушкин не "оснащает" рассказ подполковника какой-либо специфической, "офицерской" лексикой. Профессиональный словарь вкраплен очень редко, незаметно, не выпячиваясь на фоне всей языковой системы (манеж, "сажать в туза"). Эти жаргонизмы выступают в одном ряду с карточными терминами ("понтер", "обсчитаться"). Но самый строй краткой, несколько отрывистой фразы, энергичная интонация рисуют человека, привыкшего командовать, не любящего долго распространяться, ясно, четко формулирующего мысль. Уже первые энергичные фразы как бы задают тон всему повествованию: "Мы стояли в местечке***. Жизнь армейского офицера известна. Утром ученье, манеж; обед у полкового командира или в жидовском трактире: вечером пунш и карты".
В то же время рассказчик – не ограниченный офицер-службист, а человек образованный, начитанный, разбирающийся в людях, имеющий "от природы романтическое воображение". Вспомним его рассказ об отношении к Сильвио окружающих после инцидента с поручиком Р*** и его признание: "…один я не мог уже к нему приблизиться". Именно поэтому Сильвио в беседах с ним оставлял свое злоречие, именно поэтому ему одному правдиво открыл историю своей жизни. Подполковник часто прибегает к литературно-книжным оборотам: "Имея от природы романическое воображение, я всех сильнее прежде сего был привязан к человеку, коего жизнь была загадкою и который казался мне героем таинственной какой-то повести". Отсюда усложненный синтаксис и книжные архаизмы: "коего", "сего" и т. д.
Подполковник И. Л. П. – человек трезвый и рассудительный, приученный жизнью реально смотреть на вещи. Но в молодости под влиянием своего "романтического воображения", он готов был смотреть на мир глазами Марлинского и его героев. Образ Сильвио – сродни героям Марлинского.
Но в реалистическом освещении он выглядит иначе – жизненнее и сложнее. Образ Сильвио кажется рассказчику "литературным" вследствие его бытовой исключительности и вследствие далекости его характера от характера самого рассказчика. Таким образом, в "Выстреле" рассказчик выступает, как контрастирующий с образом главного героя (Сильвио) характер, как повествовательная призма, обостряющая и подчеркивающая романтические рельефы образа Сильвио реалистическим стилем бытового окружения.
Рассказчик, владелец бедной деревеньки, во второй главе предстает тем же умным наблюдателем жизни. В его рассказе о себе и об окружающей деревенской поместной жизни, о графе мы слышим уже другие нотки, чем в рассказе о Сильвио и об армейской среде. С грустной иронией говорит он о себе, о своей одичалой застенчивости, робости.
Повесть "Выстрел"– первая социально-психологическая повесть в русской литературе; в ней Пушкин, предвосхищая Лермонтова, его роман "Герой нашего времени", нарисовал психологию человека путем многостороннего изображения: через его поступки, через поведение, через восприятие его окружающими и, наконец, через его самохарактеристику. В то же время в этой повести Пушкин воплотил мысль, что характер человека не есть нечто раз навсегда данное.
Пафос повести Пушкина – не только в глубине психологического раскрытия характеров. Тревожное начало придают повести и те исторические связи и ассоциации, которые она вызывает.
Проникнутая пафосом преддекабристских лет, повесть Пушкина "Выстрел", рассказывающая о русской жизни до 1825 года и о судьбе трех офицеров, таит последекабристские мысли и раздумья Пушкина о типичности судеб представителей русского дворянства, о том, как складывалась, как менялась их жизнь в течение всей первой трети 19 века в связи с событиями 1812 и 1825 годов.