Рассказчик – охотник, от его лица ведется повествование. Илюша – мальчик около 12 лет, знающий много народных поверий и историй о нечистой силе. Павлуша – мальчик около 12-ти лет, «глядел он очень умно и прямо, да и в голосе у него звучала сила». Федя – мальчик 14-ти лет, самый старший из ребят, по всем приметам – выходец из богатой семьи. Поехал с другими ребятами ради забавы. Костя – мальчик 10-ти лет. Ваня – мальчик семи лет, который практически всю ночь спал. В один из теплых июльских дней рассказчик охотился за тетеревами в Чернском уезде Тульской губернии. Он настрелял «довольно много дичи» и возвращался вечером домой. Заблудившись в сумерках, рассказчик сначала шел мимо осинника, затем оказался в незнакомой распаханной лощине. Не пытаясь разобрать дороги, он пошел «по звездам» и неожиданно оказался перед «огромной равниной», называемой Бежин луг, которую огибала широкая река. У подножья холма мужчина заметил два костра и людей. Повествователь спустился к кострам – возле них расположились крестьянские ребятишки из соседних деревень, сторожившие табун лошадей с двумя большими собаками. Рассказчик попросился к ним переночевать, лег у костра и, наблюдая за ночной природой, слушал беседы ребят. Всего мальчиков был пять: Федя, Павлуша, Илюша, Костя и Ваня. Рассказчик описывает внешность мальчиков. Федя – «стройный мальчик, с красивыми и тонкими чертами лица». Павлуша – с черными волосами, серыми волосами, рябым бледным лицом и неуклюжим приземистым телом. Илюша – с горбоносым, вытянутым, подслеповатым лицом, которое «выражало какую-то тупую, болезненную заботливость». Костя – мальчик с задумчивым и печальным взором, его глаза, «казалось, хотели что-то высказать, для чего на языке, <…> — не было слов». Самый младший Ваня всю ночь спал под рогожкой. Рассказчик притворился спящим и мальчики у костра разговорились. Илюша рассказал, как заночевав однажды с ребятами на бумажной фабрике, они слышали домового. Ночью над ними кто-то стучал и ходил, а после спустился к ним по лестнице, распахнул двери, но в дверях ребята никого не увидели. Тут у одного чана начала шевелиться форма, у другого – крюк с гвоздя снялся и на место встал. «Потом будто кто-то к двери пошел да вдруг как закашляет, как заперхает». Мальчики сильно испугались. Следующую историю рассказал Костя – о слободском плотнике Гавриле. Как-то мужчина пошел в лес по орехи, заблудился и решил переночевать в лесу. Но только он задремает, как просыпается от того, что его словно кто-то зовет. Наконец Гаврила увидел сидящую на ветке русалку, которая звала его к себе. Мужчина перекрестился – тут же русалка, которая до этого весело смеялась, расплакалась: «Не креститься бы тебе, говорит, человече, жить бы тебе со мной на веселии до конца дней; а плачу я, убиваюсь оттого, что ты крестился; да не я одна убиваться буду: убивайся же и ты до конца дней». Тут же и пропала. А Гаврила с тех пор невеселый стал. Вдали послышался «протяжный, звенящий, почти стенящий звук». Мальчики вздрогнули, Илья шепнул: «С нами крестная сила!». После того как ребята успокоились, Илюша завел разговор о случившемся недавно происшествии на прорванной плотине – «нечистом глухом месте», где похоронен утопленник. Мальчик рассказал, что как-то приказчик отправил псаря Ермила на почту, но мужчина задержался и возвращался уже ночью. Перебираясь через плотину, он заметил на могиле утопленника барашка. Мужчина взял животное с собой, но пока вез, заметил, что барашек смотрит ему пристально в глаза. Стал он его этак по шерсти гладить, — говорит: «Бяша, бяша!» А баран-то вдруг как оскалит зубы, да ему тоже: «Бяша, бяша…». Вдруг «обе собаки разом поднялись, с судорожным лаем ринулись прочь от огня и исчезли во мраке. Все мальчики перепугались». Павлуша побежал за собаками, но вскоре прискакал на лошади и сказал, что думал, что собаки учуяли волка, но там ничего нет. Мальчики продолжили беседу. Илюша рассказал, что в Варнавицах часто встречали покойного барина, который искал разрыв-траву, потому что на него сильно давила могила. Костя удивился – он думал, что покойников можно только в родительскую субботу увидеть. Илюша ответил, что в родительскую субботу можно еще и узнать, кто умрет скоро: нужно сесть на церковную паперть и смотреть, кто мимо тебя пройдет. Так баба Ульяна, сидя на паперти, увидела идущей сама себя. Мальчики притихли. Над ними пролетел белый голубок. Ребята вспоминают о недавно случившемся в Шаламове «предвиденьи небесном» – солнечном затмении. Илюша пересказывает поверье о Тришке – лукавом человеке, который появится в затмение и которого нельзя будет ни поймать, ни в тюрьму посадить. Павлуша поднялся и пошел к реке за водой. Илюша в это время рассказал мальчикам, что когда человек черпает воду из реки, его может за руку схватить водяной и к себе утащить. Ребята вспомнили об Акулине-дурочке, которую «водяной испортил», а также о Васе, который, играя на берегу, случайно утонул. Вернувшись, Павлуша рассказал, что когда он набирал воду, его словно из-под воды Васиным голосом звали.
В первый понедельник апреля 1625 года все население городка Мента, где некогда родился автор «Романа о розе», [6] казалось взволнованным так, словно гугеноты. [7] собирались превратить его во вторую Ла-Рошель [8] Некоторые из горожан при виде женщин, бегущих в сторону Главной улицы, и слыша крики детей, доносившиеся с порога домов, торопливо надевали доспехи, вооружались кто мушкетом, кто бердышом, чтобы придать себе более мужественный вид, и устремлялись к гостинице «Вольный мельник», перед которой собиралась густая и шумная толпа любопытных, увеличивавшаяся с каждой минутой.
В те времена такие волнения были явлением обычным, и редкий день тот или иной город не мог занести в свои летописи подобное событие. Знатные господа сражались друг с другом; король воевал с кардиналом; испанцы вели войну с королем. Но, кроме этой борьбы – то тайной, то явной, то скрытой, то открытой, – были еще и воры, и нищие, и гугеноты, бродяги и слуги, воевавшие со всеми. Горожане вооружались против воров, против бродяг, против слуг, нередко – против владетельных вельмож, время от времени – против короля, но против кардинала или испанцев – никогда.
Именно в силу этой закоренелой привычки в вышеупомянутый первый понедельник апреля 1625 года горожане, услышав шум и не узрев ни желто-красных значков, ни ливрей слуг герцога де Ришелье, устремились к гостинице «Вольный мельник».
И только там для всех стала ясна причина суматохи.
Молодой человек… Постараемся набросать его портрет: представьте себе Дон-Кихота в восемнадцать лет, Дон-Кихота без доспехов, без лат и набедренников, в шерстяной куртке, синий цвет которой приобрел оттенок, средний между рыжим и небесно-голубым. Продолговатое смуглое лицо; выдающиеся скулы – признак хитрости; челюстные мышцы чрезмерно развитые неотъемлемый признак, по которому можно сразу определить гасконца, [9] даже если на нем нет берета, – а молодой человек был в берете, украшенном подобием пера; взгляд открытый и умный; нос крючковатый, но тонко очерченный; рост слишком высокий для юноши и недостаточный для зрелого мужчины.
Неопытный человек мог бы принять его за пустившегося в путь фермерского сына, если бы не длинная шпага на кожаной портупее, бившаяся о ноги своего владельца, когда он шел пешком, и ерошившая гриву его коня, когда он ехал верхом.
Ибо у нашего молодого человека был конь, и даже столь замечательный, что и впрямь был всеми замечен. Это был беарнский [10] мерин лет двенадцати, а то и четырнадцати от роду, желтовато-рыжей масти, с облезлым хвостом и опухшими бабками. ЧИТАЙ
С пестрыми значками (уланы)
С конскими хвостами (драгуны)