План
1. Призвания Жана Батиста Мольера.
2. Отец попытался отговорить сына.
3. Результаты уговоров священнослужителя.
Жан Батист Мольер младший приходит в конце известием от что его призвание
не ремесло абошиника а актерства.
Когда отец ополенелся он попытался отговорить сына и сказал все что вели ему отцовский дам, что профессия актера всем призираемая профессия что почти на такое дело может пойти пищей или бродяга. Отец угрожал, отец умолял. Иди тебя, иди и подумай а потом приходи. Но сын на отрез отказался думать о чем бы то не было.
Когда отец пошел священно служителю и стал слезно просить его отговорить сына. Священно служитель поступил согласно уважаемого прихожанина, но результаты уговоров были столь удивительны что о Париже утверждали после двух часовой беседы с обезумевшим Жаном Батистом Мольером священник снял с себя черную сутану и записался в ту самую труппу в который хотел записаться и сам Жан Батист.
выгнали его или он сам убежал из Запорожья, этого никто не
знал. Давно уже, лет десять, а может, и пятнадцать, как он жил
в Диканьке. Сначала он жил, как настоящий запорожец: ничего не
работал, спал три четверти дня, ел за шестерых косарей и
выпивал за одним разом почти по целому ведру; впрочем, было где
и поместиться, потому что Пацюк, несмотря на небольшой рост, в
ширину был довольно увесист. Притом шаровары, которые носил он,
были так широки, что, какой бы большой ни сделал он шаг, ног
было совершенно незаметно, и казалось -- винокуренная кадь
двигалась по улице. Может быть, это самое подало повод прозвать
его Пузатым. Не нескольких дней после прибытия его в
село, как все уже узнали, что он знахарь. Бывал ли кто болен
чем, тотчас призывал Пацюка; а Пацюку стоило только пошептать
несколько слов, и недуг как будто рукою снимался. Случалось ли,
что проголодавшийся дворянин подавился рыбьей костью, Пацюк
умел так искусно ударить кулаком в спину, что кость
отправлялась куда ей следует, не причинив никакого вреда
дворянскому горлу. В последнее время его редко видали
гденибудь. Причина этому была, может быть, лень, а может, и то,
что пролезать в двери делалось для него с каждым годом труднее.
Тогда миряне должны были отправляться к нему сами, если имели в
нем нужду.