ЛЕВША — герой рассказа Н. С. Лескова «Левша» (1881, первая публикация под названием «Сказ о тульском косом Левше и о стальной блохе (цеховая легенда)») . Произведение, созданное в духе лубка, обычно называют гимном таланту русского народа, олицетворенного в образе тульского мастера Л. , который даже блоху сумел подковать. Но сам автор возражал против такой трактовки. В рассказе, стилизованном под легенду, говорится не только о соревновании искусных англичан и даровитых русских, но и о тех условиях, в которых вынужден жить талантливый человек в России. Лесков говорит об отношении самодержцев Александра и Николая к своим подданным, о жестокости «промежуточной» власти в лице атамана Платова. Л. и его товарищи-ремесленники сумели без «мелкоскопа» , без «расчета силы» не только подковать блоху, но и написать на подковках имя мастера. Не тщеславие двигало Л. к цели, а патриотизм. Не англичан хотел он посрамить, а Россию возвысить. Потому, приступая к делу, молился Л. Николе Мценскому и совершил фантастическую по ювелирное™ работу. Однако истинный народный талант в России живет в нищете, им помыкают; Платов швыряет Л. «к себе в коляску в ноги» . Для сравнения Лесков показывает жизнь менее дерзостных в своей фантазии и своем таланте англичан. Глазами прибывшего в Англию Л. мы видим условия, о каких и мечтать не может русский мастеровой. Англичане ценят сноровку, опыт, талант Л. , заботятся о нем, обращаются с ним, как с барином, стараются угодить во всем, предлагают остаться у них на постоянное (и сытое) жительство. Но, узнав английский секрет хранения оружия, тульский мастер просит лишь об одном — поскорее отправить его в Россию. Единственное его желание — сообщить об этом секрете царю, ибо эти сведения действительно государственной важности. Однако если в Англии «другие правила жизни, науки и продовольствия» , то в России — все то же беззаконие и безразличие. Стоило Л. оказаться на родной земле, как у него, заболевшего, отобрали не только английские богатые подарки, но и остатки здоровья. Никому нет дела до секрета, которым владеет мастер, до его поразительных до его жизни. Так и умирает он, всеми брошенный, в больнице для бедных. Больше всего страдает Л. от того, что уносит с собою в могилу выведанный у англичан секрет. «У него хоть и шуба овечкина, так душа человечкина», — говорит о своем русском «камраде» Л. «аглицкий полшкипер» . Несмотря на то что «собственное имя левши, подобно именам многих величайших гениев, навсегда утрачено для потомства» (автор подчеркивал, что «левша есть лицо, мною выдуманное») , предпринимаются попытки найти прообраз оружейника.
Силой художественного воображения писатель создал образ талантливого героя-самородка. Левша — это воплощение природного русского таланта, трудолюбия, терпения и веселого добродушия. Образ Левши воплотил в себе лучшие черты русского народа: сметливость, скромность, самобытность. Сколько таких никому неизвестных народных умельцев было на Руси! Весь рассказ проникнут чувством глубокого патриотизма. Несомненно, важным моментом является тот факт, что «Государь Николай Павлович в своих русских людях был очень уверен, и никакому иностранцу уступать не любил» . Вот что он говорил казаку Платову, веля передать тульским мастерам: «Скажи им от меня, что брат мой этой вещи удивлялся и чужих людей, которые делали инфузорию, больше всех хвалил, а я на своих надеюсь, что они никого не хуже. Они моего слова не проронят что-нибудь сделают» . Перед большим и малым делом на Руси всегда спрашивали Божьего благословения. И мастера в рассказе Лескова молятся перед иконой Святителя Николая, покровителя торгового и военного дела. Строгий секрет, под которым они делали свое дело, говорит о том, что русские люди выставлять напоказ себя не любили. Главным для них было дело сделать, честь свою рабочую не посрамить. Пробовали их пугать, будто по соседству дом горит, но ничего не брало этих хитрых мастеров. Один раз только Левша высунулся по плечи и крикнул: «Горите себе, а нам некогда» . Горько то, что многие такие самородки России жили в ужасной обстановке попранного человеческого достоинства. И, к сожалению, над многими из них имела власть «анархически-хмельная стихия» , усугублявшая и без того их нерадостное положение. Любой самодур мог ненароком по халатности, по равнодушию да просто по дури погубить талант. Покорность Левши, увозимого неведомо куда из родного края без «тугамента» печально говорит об этом. «Мастера ему только осмелились сказать за товарища, что как же, мол, вы его от нас так без тугамента увозите? Ему нельзя будет назад следовать! » Но ответом им был только Платовский кулак. И эта покорность, сочетающаяся при этом с чувством собственного достоинства, уверенностью в своих умелых руках, с неподдельной скромностью ярко отражена Лесковым в характере Левши. Патриотизм Левши даже в его наивной простоте вызывает искреннее сочувствие и уважение. Он постоянно подчеркивается автором: «Мы все к своей родине привержены» , «У меня дома родители есть» , «Наша русская вера самая правильная, и как верили наши праотцы, так же точно должны верить и потомки» . Даже чай англичане ему налили из уважения «по-русски, вприкуску с сахаром» . И что только не предлагали они Левше, ценя его талант и внутреннее достоинство, но «ничем его англичане не могли сбить, чтобы он на их прельстился...» . Его тоска по родине тем сильна, что никакие удобства, явства, новшества не могли удержать Левшу на чужбине: «Как вышли из буфета в Твердиземное море, так стремление его к России такое сделалось, что никак его нельзя было успокоить...» . И что могло быть досадней, плачевней и нелепей поведения Левши на корабле при возвращении из Англии? «Анархически-хмельная стихия» сыграла трагическую роль в его судьбе. Сказ о Левше, подковавшем стальную блоху, вскоре после написания стал в России преданием, а сам герой — символом удивительного искусства народных умельцев, подлинным типом русского народного характера, его удивительной душевной простоты, внутреннего человеческого достоинства, талантливости, терпеливости и честности. Сам писатель соглашался с обобщающей мыслью рецензента «Нового времени» , что «там, где стоит «левша» , надо читать «русский народ».
И какой же русский не любит быстрой езды? Его ли душе, стремящейся закружиться, загуляться, сказать иногда: «черт побери все!» — его ли душе не любить ее? Ее ли не любить, когда в ней слышится что-то востороженно-чудное? Кажись, неведомая сила подхватила тебя на крыло к себе, и сам летишь, и все летит: летят версты, летят навстречу купцы на облучках своих кибиток, летит с обеих сторон лес с темными строями елей и сосен, с топорным стуком и вороньим криком, летит вся дорога невесть куда в пропадающую даль, и что-то страшное заключено в сем быстром мельканье, где не успевает означиться пропадающий предмет, — только небо над головою, да легкие тучи, да продирающийся месяц одни кажутся недвижны. Эх, тройка! птица тройка, кто тебя выдумал? И вон уже видно вдали, как что-то пылит и сверлит воздух.Не так ли и ты, Русь, что бойкая необгонимая тройка несешься? Дымом дымится под тобою дорога, гремят мосты, все отстает и остается позади. Остановился пораженный Божьим чудом созерцатель: не молния ли это, сброшенная с неба? что значит это наводящее ужас движение? и что за неведомая сила заключена в сих неведомых светом конях? Эх, кони, кони, что за кони! Вихри ли сидят в ваших гривах? Чуткое ли ухо горит во всякой вашей жилке? Заслышали с вышины знакомую песню, дружно и разом напрягли медные груди и, почти не тронув копытами земли, превратились в одни вытянутые линии, летящие по воздуху, и мчится вся вдохновенная Богом!.. Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа. Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух; летит мимо все, что ни есть на земле, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства.
Рассказ Антона Павловича Чехова "Человек в футляре" настолько известен, что это выражение "человек в футляре" стало нарицательным. Как во времена Чехова, так и сейчас, "футлярные люди" встречаются достаточно часто.
Как и чеховский персонаж Беликов, эти люди боятся реальной жизни, отгораживаются от нее, скрываясь в своем "футляре". Такие люди ограничены, они ничего не хотят знать, кроме своей скучной однообразной жизни и обывательских интересов. "Футлярные люди" ужасно консервативны, они боятся перемен, даже если перемены эти к лучшему.
Людей в футляре я встречаю довольно часто. Например, пожилые люди нередко превращаются в современный вариант Беликова. Однако, к сожалению, "футлярными" бывают и люди средних лет, и даже молодые. И беда, если такой человек станет начальником. Всех этих людей роднит одно: они ничего не хотят менять, всегда выступают против любых нововведений и любят запрещать все на свете - просто "кабы чего не вышло".
