Внешней политике Республики Беларусь предшествовали в XX в. внешнеполитическая и дипломатическая активность Белорусской Народной Республики и Белорусской Советской Социалистической Республики. Эти государственные образования предприняли в первой половине XX в. две попытки выхода и утверждения на международной арене в качестве субъектов международного права, суверенных и независимых государств. Однако достигнуть этой цели ни БНР, ни БССР не удалось в силу причин как внешнего, так и внутреннего порядка. Однако их исторический опыт внешнеполитической деятельности не утратил своего значения в наши дни, являясь для современных белорусских дипломатов и ученых источником теоретического обогащения и дипломатического мастерства.
На сегодняшний день, немецкое национальное государство, является само собой разумеющимся. Поэтому трудно представить Европу, в которой не было бы такого государства. Федеративное устройство сегодняшней Федеративной Республики, однако, дает лишь слабое впечатление о мелкой фрагментации, которая была характерной чертой политической карты Центральной Европы в начале 19 века. Многие из мини-штатов состояли только из более крупного города и его сельской местности.
Этот раздробленный мир государств не был изолирован от внешнего мира. Он состоял в различных отношениях со своими многочисленными соседями. Внутри он был в основном скреплен общим языком. Около 1800 года «Германия» не была национальным государством, но была довольно четко идентифицируемой культурной нацией, которая, по общему пониманию, также включала преимущественно немецкоязычные районы Габсбургской монархии (с 1804 года: «Имперская Австрия»).
Политическая карта Центральной Европы около 1800 года, являющаяся результатом многовековых процессов разделения и воссоединения политических единиц посредством наследования, брака, пожертвований или войны, была крайне противоречивой. Ни одно государство не было территориально округленным в современном смысле. Даже такая большая территория, как Королевство Пруссия, не имела строгих национальных границ. Таким образом, Клеве в Нижнем Рейне принадлежал Пруссии как анклав, пока он не был оккупирован французскими революционными войсками в 1794 году; Франконские области вокруг Ансбаха и Байройта были также прусскими, как и франкоговорящий Невшатель в Швейцарии. Например, территория курфюрста Майнца была еще более фрагментированной. Он включал епископство Эрфурта и небольшие области в западной Франконии, на Лане, в северной части Гессена и даже к северу от Верры. До конца 18-го века правление в Германии не рассматривалось как правление над связанными территориями, а как сфера правовых систем. Таможенные барьеры были везде. Размеры, вес и время различались в зависимости от места, а крайне непоследовательная денежно-кредитная система затрудняла коммерческое движение даже на близком расстоянии.
Многочисленные, часто крошечные, автономные территории на «германской» территории были подданными Священной Римской империи. Это было не государство в современном понимании, а структура, которая никогда не была скорректирована, «объединение людей, основанное на взаимных обязательствах по личной лояльности» (согласно историку Барбаре Штольберг-Рилингер). Поэтому венский император, который не имел «абсолютной» власти за пределами земель Габсбургов, не имел немецкого «правительства»; не было ни рейховой армии, ни рейхсовской администрации, ни единой финансовой системы, ни общего права всех жителей рейха, только дишь общее направление по отношению внешной политики.
Силы революционной Франции выступили против западной Германии с 1792 года при поддержке сочувствующих восстаний в Майнце и в других городах и сельских районах Рейнской области. Тот факт, что император объявил «имперскую войну» в начале 1793 года, не имел большого значения, поскольку крупные страны проводили свою собственную политику. Учитывая яростное продвижение французов, каждый должен был видеть, как они представляют свои интересы, например, в рамках отдельных мирных соглашений. Франция также сделала предложения о территориальной реорганизации, которые были привлекательны для некоторых ее адресатов.
В этой ситуации некоторые из самых могущественных князей решили самостоятельно изменить империю. В февраля 1803 года, под давлением Франции, произошло революционное упрощение политической карты, территориальная «консолидацию земель». Рейн был наконец признан границей с Францией. Большинство княжеств было упразднено; В ходе «секуляризации» суверенные права и обширная церковная собственность (например, монастыри и монастыри) были рас среди светских княжеских государств. Они также были самыми важными бенефициарами так называемой медиатизации: 45 из 51 свободного имперского города, все еще существовавшего ранее, который был подчинен императору, были аннексированы соседними или окружающими княжескими территориями. Сотни юридически автономных дворян были упразднены и переданы под суверенное правительство. Бавария, Баден и Вюртемберг, в частности, смогли резко увеличить свои территориальные владения и закрыть свои границы. В 1803 году Священная Римская империя настолько радикально изменила свой характер, что фактически прекратила свое существование. Уже слабые институты империи, особенно император и рейхстаг (в основном собрание князя), стали излишними. Франц II провозгласил «австрийское» наследство впервые в 1804 году. В июле 1806 г. под давлением победоносного завоевателя Наполеона он объявил империю распущенной.
Недостаточно сказать гражданам: «Будьте добрыми!» – надо научить их быть таковыми; и даже пример, который в этом отношении должен служить первым уроком, не есть единственное необходимое здесь средство. Любовь к отечеству всегда действеннее, ибо всякий человек добродетелен, когда его частная воля во всем соответствует общей воле; и мы с охотою желаем того же, чего желают любимые нами люди. ( Жан-жак Руссо)Патриотизм не должен ослеплять нас; любовь к отечеству есть действие ясного рассудка, а не слепая страсть. Слова принадлежат веку, а мысли векам. ( Николай Михайлович Карамзин)Если жена тебе изменила, то радуйся, что она изменила тебе, а не отечеству. ( Антон Чехов)Порадуемся же и поблагодарим небо, мы достаточно хорошо послужили отечеству, чтобы нас сочли достойными кинжалов тирании! ( Максимилиан Робеспьер)Странное дело! Во все времена негодяи старались маскировать свои гнусные поступки преданностью интересам религии, нравственности и любви к отечеству. ( Генрих Гейне)Пушкин был слишком эгоцентрист, когда написал Чаадаеву, что не хотел бы себе отечества с иной судьбой. Себе – может быть, а отечеству он мог бы пожелать судьбу и получше. ( Сергей Аверинцев)Если жена тебе изменила, то радуйся, что она изменила тебе, а не отечеству. ( Антон Павлович Чехов)Кто не принадлежит своему отечеству, тот не принадлежит и человечеству. ( Виссарион Григорьевич Белинский)Гиппоник, сын Каллия, хотел воздвигнуть статую в дар отечеству. Когда кто-то посоветовал ему заказать эту статую у Поликлета, он сказал, что ему не надобно такого приношения, слава которого достанется не дарителю, а ваятелю. Ибо ясно было, что все, кто увидит, как искусно сделана статуя, будут восхищаться не Гиппоником, а Поликлетом.[1384] ( Клавдий Элиан)Лучших вела любовь к отечеству, многих подталкивала надежда пограбить, иные рассчитывали поправить расстроенное состояние. И хорошие люди, и дурные – по разным причинам, но с равным пылом – жаждали войны.[2243] ( Публий Корнелий Тацит)Лучшее средство привить детям любовь к отечеству состоит в том, чтобы эта любовь была у отцов. ( Шарль Луи Монтескье)Моя любовь к отечеству не заставляет меня закрывать глаза на заслуги иностранцев. Напротив, чем более я люблю отечество, тем более и стремлюсь обогатить мою страну сокровищами, извлеченными не из его недр. ( Вольтер (мари Франсуа)Порывы чувствительных сердец кажутся химерами всякому, кто их не испытывал; и любовь к отечеству, во сто крат более пылкая и более сладостная, чем любовь к возлюбленной, познается только тогда, когда ее испытаешь. ( Жан-жак Руссо)Любовь к отечеству должна исходить из любви к человечеству, как частное из общего. Любить свою родину значит – пламенно желать видеть в ней осуществление идеала человечества и по мере сил своих этому. ( Виссарион Григорьевич Белинский)Любовь к собственному благу производит в нас любовь к отечеству, а личное самолюбие – гордость народную, которая служит опорою патриотизма. ( Николай Михайлович Карамзин)Законную степень народной мудрости, составляющую принадлежность любви к отечеству, должно глубоко отличать от кичливого самообожания; одно есть добродетель, а другое порок или зло, задерживающее движение прогресса, требующего, по моему крайнему разумению, прежде всего принципиального равенства народов.