Средневековая наука не предложила новых фундаментальных программ, но в то же время она не ограничивалась только пассивным усвоением достижений античной науки. Ее вклад в развитие научного знания состоял в том, что был предложен целый ряд новых интерпретаций и уточнений античной науки, ряд новых понятий и методов исследований, которые разрушали античные научные программы, подготавливая почву для науки Нового времени.
Основной интерес к явлениям природы состоял в поиске иллюстраций к истинам морали и религии. Любые проблемы, в том числе иестественнонаучные, обсуждались с толкования текстов Священного писания. Природа больше не воспринималась как нечто самостоятельное, несущее в себе свою цель и свой закон, как это было в античности. Она создана Богом для блага человека. Бог всемогущ, и в любой момент нарушить естественный ход природных процессов во имя своих целей. Сталкиваясь с необычными, поражающими воображение явлениями природы, человек воспринимал их как чудо, как промысел Божий, непостижимый для человеческого ума, слишком ограниченного в своих возможностях. В сознание человека проникает идея, которая никогда не возникла бы в античности: раз человек является господином этого мира, значит, он имеет право переделывать этот мир так, как это нужно ему. Именно христианское мировоззрение посеяло зерна нового понимания природы, позволившего уйти от созерцательного отношения к ней античности и прийти к экспериментальной науке Нового времени, поставившей целью практическое преобразование мира. В Средние века проблемы истины решались не наукой или философией, а теологией. В этой ситуации наука становилась средством решения чистопрактических задач. Арифметика и астрономия, в частности, были необходимы только для вычисления дат религиозных праздников. Такое чисто прагматическое отношение к средневековой науке привело к тому, что она утратила одно из самых ценных качеств античной науки, в которой научное знаниерассматривалось как самоцель, познание истины осуществлялось ради самой истины, а не ради практических результатов. Стремление найти для каждой вещи подходящее место в иерархии бытия четко прослеживается и в тенденции к систематизации и классификации знания - занятии, которое считали своим долгом ученые-схоласты. Очень популярным жанром в научной литературе были сочинения типа энциклопедий. В недрах средневековой культуры успешно развивались такие специфические области знания, как астрология, алхимия, ятрохимия, которые подготовили возможность образования современной науки. Эти дисциплины представляли собой промежуточное звено между техническим ремеслом и натурфилософией и в силу своей практической направленности содержали в себе зародыш будущей экспериментальной науки. Ситуация в средневековой науке стала меняться в XII в., когда в научном обиходе стало использоваться научное наследие Аристотеля. Тогда наука столкнулась с теологией и пришла с ней в противоречие. Разрешением этого противоречия стала концепция двойственной истины, то есть признание права на сосуществование “естественного разума” наряду с верой, основанной на откровении. Но даже в этих обстоятельствах еще очень долгое время все опытное знание и выводы, полученные из него методом дедукции, признавались лишь вероятными, обладающими только относительной, а не абсолютной достоверностью.
Не менее важными для становления современной науки были религиозные обряды и ритуалы, подчинявшие жизнь горожан строгому ритму, распорядку, почасовой регламентации; особую роль играли также средневековая школа и университет, которые не только поощряли книжную ученость и усвоение элементов античной науки, но и столетиями прививали нормы логико-дискурсивного мышления и искусство аргументации. Это привело к высочайшему уровню умственной дисциплины в эпоху позднего Средневековья, без чего был бы невозможен дальнейший прогресс интеллектуальных средств научного познания. Юнг определил средневековую схоластику как беспрецедентный интеллектуальный тренинг, результатом которого стало формирование чувства абсолютного доверия к логико-математическому доказательству и его продуктам, да и вообще к любым инструментам познания - вначале теориям, гипотезам, а затем и научным приборам и экспериментам. Так возникла вера в их истинность, адекватность реальности, ощущение интеллектуальной силы, основанной на знании.
Реализован комплексный подход к изучению агитационно-пропагандистской деятельности властных структур на Кубани в годы гражданской войны;
проведенное исследование позволило повысить уровень теоретического осмысления истории гражданской войны в России с точки зрения идеологического обеспечения обостряющегося противостояния;
в научный оборот вводится комплекс исторических источников, в основном архивных, позволяющий выработать более объективный взгляд на политические проблемы, углубляющие понимание причин конфронтации в обществе;
переосмыслены существующие представления о социальной мобильности общества, возникших противоречиях между уровнем социальных ожиданий и реальностью;
проанализирован сложный путь поиска форм и методов агитационно-пропагандистского воздействия на население Кубани различных политических режимов;
выявлено влияние социально-экономических и военно-политических последствий войны на изменение массового сознания населения в экстремальной ситуации гражданского противостояния.
Большинство людей носили домотканую одежду из шерсти и льна, окрашенную растительными и минеральными красителями. Качество и фасон одежды зависели от социального положения и богатства человека. Более дорогие ткани были более тонкими и яркими. Женщины носили платья закрепленные брошью или тесьмой. Поверх платья они надевали шерстенные или льняные туники, украшенными лентами из узорчатого полотна. Такие туники состояли из двух прямоугольных кусков ткани соединенных на плече ремешками. Ремешки прикреплялись к тунике двумя брошами, некоторые женщины носили броши со свисающими цепочками, к которым перекреплялись разные предметы, например как ножи, гребенки, ключи или ножницы. На открытом воздухе женщины носили шали, закрепляя их на плечах. Мужчины носили полотняные рубахи и шерстяные штаны, штаны закреплялись вокруг талии тесемкой или ремнем, а штанины или свободно свисали или подвязывались полосками материи. Поверх рубашки и штанов мужчины надевали тунику с длинными рукавами. На тунику викинги надевали кожаный пояс, к которому были подвешены кошелек и нож. Зимой мужчины носили меховые шубы или тяжелые плащи. Мужчины и женщины носили кожаные сапоги или башмаки. Однако нельзя забывать и про украшения викингов. Все мы знаем и понимаем, что викинги не только заслужили репутацию отважных и безжалостных воинов, но и искусными мастеров, создавших прекрасные ювелирные изделия и произведения искусства. Любя во всем, блеск, скандинавские ремесленники находили особенное удовольствие в красивых нарядах, дорогой посуде, красиво украшенном оружии. Богатые люди имели много украшений из золота или серебра, менее состоятельные люди могли себе позволить украшения из меди, бронзы и железа. Наибольшей популярностью пользовались богато украшенные броши к тунике или плащу, имевшие овальную форму с замысловатым узором в виде стилизованных животных или спиралей.
Средневековая наука не предложила новых фундаментальных программ, но в то же время она не ограничивалась только пассивным усвоением достижений античной науки. Ее вклад в развитие научного знания состоял в том, что был предложен целый ряд новых интерпретаций и уточнений античной науки, ряд новых понятий и методов исследований, которые разрушали античные научные программы, подготавливая почву для науки Нового времени.
Основной интерес к явлениям природы состоял в поиске иллюстраций к истинам морали и религии. Любые проблемы, в том числе иестественнонаучные, обсуждались с толкования текстов Священного писания. Природа больше не воспринималась как нечто самостоятельное, несущее в себе свою цель и свой закон, как это было в античности. Она создана Богом для блага человека. Бог всемогущ, и в любой момент нарушить естественный ход природных процессов во имя своих целей. Сталкиваясь с необычными, поражающими воображение явлениями природы, человек воспринимал их как чудо, как промысел Божий, непостижимый для человеческого ума, слишком ограниченного в своих возможностях. В сознание человека проникает идея, которая никогда не возникла бы в античности: раз человек является господином этого мира, значит, он имеет право переделывать этот мир так, как это нужно ему. Именно христианское мировоззрение посеяло зерна нового понимания природы, позволившего уйти от созерцательного отношения к ней античности и прийти к экспериментальной науке Нового времени, поставившей целью практическое преобразование мира. В Средние века проблемы истины решались не наукой или философией, а теологией. В этой ситуации наука становилась средством решения чистопрактических задач. Арифметика и астрономия, в частности, были необходимы только для вычисления дат религиозных праздников. Такое чисто прагматическое отношение к средневековой науке привело к тому, что она утратила одно из самых ценных качеств античной науки, в которой научное знаниерассматривалось как самоцель, познание истины осуществлялось ради самой истины, а не ради практических результатов. Стремление найти для каждой вещи подходящее место в иерархии бытия четко прослеживается и в тенденции к систематизации и классификации знания - занятии, которое считали своим долгом ученые-схоласты. Очень популярным жанром в научной литературе были сочинения типа энциклопедий. В недрах средневековой культуры успешно развивались такие специфические области знания, как астрология, алхимия, ятрохимия, которые подготовили возможность образования современной науки. Эти дисциплины представляли собой промежуточное звено между техническим ремеслом и натурфилософией и в силу своей практической направленности содержали в себе зародыш будущей экспериментальной науки. Ситуация в средневековой науке стала меняться в XII в., когда в научном обиходе стало использоваться научное наследие Аристотеля. Тогда наука столкнулась с теологией и пришла с ней в противоречие. Разрешением этого противоречия стала концепция двойственной истины, то есть признание права на сосуществование “естественного разума” наряду с верой, основанной на откровении. Но даже в этих обстоятельствах еще очень долгое время все опытное знание и выводы, полученные из него методом дедукции, признавались лишь вероятными, обладающими только относительной, а не абсолютной достоверностью.Не менее важными для становления современной науки были религиозные обряды и ритуалы, подчинявшие жизнь горожан строгому ритму, распорядку, почасовой регламентации; особую роль играли также средневековая школа и университет, которые не только поощряли книжную ученость и усвоение элементов античной науки, но и столетиями прививали нормы логико-дискурсивного мышления и искусство аргументации. Это привело к высочайшему уровню умственной дисциплины в эпоху позднего Средневековья, без чего был бы невозможен дальнейший прогресс интеллектуальных средств научного познания. Юнг определил средневековую схоластику как беспрецедентный интеллектуальный тренинг, результатом которого стало формирование чувства абсолютного доверия к логико-математическому доказательству и его продуктам, да и вообще к любым инструментам познания - вначале теориям, гипотезам, а затем и научным приборам и экспериментам. Так возникла вера в их истинность, адекватность реальности, ощущение интеллектуальной силы, основанной на знании.