Чацкий и Молчалин
Стремись не к тому, чтобы добиться успеха,
а к тому, чтобы твоя жизнь имела смысл.
Альберт Эйнштейн
План
I Тематическое многообразие комедии А. Грибоедова «Горе от ума»
II Молодое поколение на страницах произведения.
1. Социальное положение Чацкого и Молчалина.
- Молчалин беден и безроден
- «Безродного пригрел и ввёл в своё семейство» (Фамусов
О Молчалине)
- Чацкий – дворянин, представитель московской
аристократии
«Человек должен из себя развить, в себе найти, понять
то, что составляет его назначение, его цель…»
(А. Герцен)
2. Причины, приведшие их в дом Фамусова:
а) Молчалин – личный секретарь Фамусова;
б) Чацкий – воспитанник этого дома и поклонник Софьи.
3. Черты, сближающие этих героев:
а) люди одного поколения;
б) объект личного отношения – Софья.
4. Черты различия:
а) жизненные цели;
- Молчалин – «достичь степеней известных, ведь нынче
любят бессловесных»
- Чацкий – «служить бы рад , прислуживаться тошно»,
учился, путешествовал
« Жизнь без цели — человек без головы.» (Ассир)
«Жизнь человека только тогда разумна, когда
она понимается как служение.» Л. Толстой
б) отношение к окружающим их людям;
- Молчалин
льстит, Хлёстовой, Софье, советует
побывать у Татьяны Юрьевны
«Частенько там
Мы покровительство находим, где не метим»
«В мои лета не должно сметь
Своё суждение иметь»
- Чацкий
- «Зачем же мнения чужие только святы?»
- в людях ценить ум и честность
в) соперники в любви:
- Молчалин
- не достоин любви Софьи
- не любит, но она дочь начальника
- Чацкий
- любит искренне, с ней он честен и
непосредственен
- ему было бы легче, если бы Молчалин
был достоин Софьи
- последняя сцена
Молчалин ползает у ног Софьи
Чацкий горд и открыт
г) жизненная позиция.
- Чацкий
«Молчалины блаженствуют на свете»
точность суждений
- при Молчалина
5. Герои Грибоедова – в обществе фамусовых
III Значение поднятой темы для развития общественной мысли страны.
«Жизнь, пройденная без служения
широким интересам и задачам общества,
не имеет оправдания.» (Н. Лесков)
Объяснение:
Схожие черты
Александр Чацкий и Алексей Молчалин – молодые дворяне. Именно в этих характеристиках проявляется сходство героев. Одинаковые по возрасту и происхождению персонажи имеют противоположные взгляды на жизнь. Чацкий и Молчалин герои комедии Грибоедова “ Горе от ума. Они абсолютно разные и по характеру, и по мировоззрению, и по положению в обществе. Молчалин – типичный представитель фамусовской эпохи, олицетворение чинопочитания, лжи, лести, эгоизма, самоунижения в корыстных целях. Чацкий абсолютно противоположен Молчалину. Многие стороны души Грибоедова отразились в образе Чацкого. Он истинный и страстный патриот.
“Не служит, то есть в том он пользы не находит,
Но захотел бы, был бы деловой,
Жаль, очень жаль, он малый с головой.
И славно пишет, переводит”.
Молчалин по натуре тихий и безликий. Главной задачей в жизни ставит сделать себе карьеру и получить высокий чин:
А впрочем, он дойдёт до степеней известных,
Ведь нынче любят бессловесных…
Для Молчалина отсутствуют понятия чести и гордости:
В мои лета не должно сметь,
Своё суждение иметь.
Единственным талантом, которым наделил его Грибоедов, является умеренность и аккуратность. Молчалин двуличен.
Чацкий презирает и осуждает “век минувший”. Он уверен, что век нынешний оправдает его надежды и изменит, раскачает, расшевелит заснувшее общество. Чацкого можно рассматривать как человека декабристского склада:
“Кто делу служит, а не лицам… ”,“Служить бы рад, прислуживаться тошно”.
Да, говорить и слышать я не могу, от рождения глухонемой, но думать, слушать, соображать и чувствовать очень хорошо умею. Эх, и за какие грехи перевели меня в услужение к старой барыне в город из деревни? Видно, потому, что я ото всех наших обликом отличался: двенадцати вершков роста, сложен богатырем, самый лучший тягловой, работаю за четверых, да еще и говорить не умею. Вот, без дела теперь сохну здесь в усадьбе старой и скупой барыни, доживающей свой век в одиночестве, только дворня у нее в окружении, потому что она вдова, а сыновья ее служат в Петербурге, дочери вышли замуж… Привезли меня в Москву, как бесправную скотину, как быка, которого только что взяли с нивы, где сочная трава росла ему по брюхо, — взяли, поставили на вагон железной дороги — и вот, обдавая его тучное тело то дымом с искрами, то волнистым паром, мчат его теперь, мчат со стуком и визгом, а куда мчат — бог весть! Купили мне сапоги, сшили кафтан на лето, на зиму тулуп, дали в руки метлу и лопату и определили дворником. Долго я привыкал, никак не мог понять, зачем я здесь, даже часто останавливался посреди двора и глядел, разинув рот, на всех проходящих, как бы желая добиться от них решения загадочного своего положения, то вдруг уходил куда-нибудь в уголок и, далеко швырнув метлу и лопату, бросался на землю лицом и целые часы лежал на груди неподвижно, как пойманный зверь.
То ли дело раньше: я был на воле как дерево, как дуб, исполинский, молчаливый и могучий. Бывало, выйдешь из своей родной маленькой избушки с братьями в поле, и дело спорится, и пашешь, налегая огромными ладонями на соху. Братья смеялись, потому что им казалось, что я один, без лошаденки, взрезывал упругую грудь земли, либо о Петров день так сокрушительно действовал косой, что хоть бы молодой березовый лесок смахивать с корней долой, либо проворно и безостановочно молотил трехаршинным цепом, и как рычаг опускались и поднимались продолговатые и твердые мышцы моих плеч. А мое постоянное безмолвие придавало торжественную важность работе. Хороший я мужик, а коли язык бы ворочался, глядишь, и жена бы была у меня. А теперь двор мету да стерегу. Смешная работа! Ну что это против работы на земле?! Двор содержать в чистоте, два раза в день привезти бочку с водой, натаскать и наколоть дров для кухни и дома, да чужих не пускать и по ночам караулить. Недавно двух воров поймал, да так лбами их свел, что они, что на глаза мне попались! Все в округе обходят теперь двор стороной с недоброй мыслью. Я порядок люблю! Вон, гуси, какие важные ходят, все порядком у них, а кто сунется к ним – мало не покажется – защиплют до смерти! И я теперь как гусак по двору хожу порядки навожу! Я усердно исполняю свою обязанность: на дворе у меня никогда ни щепок не валяется, ни сору; застрянет ли в грязную пору где-нибудь с бочкой отданная под мое начальство разбитая кляча-водовозка, я только двину плечом — и не только телегу, самое лошадь спихну с места; дрова ли я примусь колоть, топор так и звенит у меня, как стекло, и летят во все стороны осколки и поленья. С дворней я сошелся, но кажусь из-за молчания своего им угрюмым, поэтому мы коротки со всеми, я их за своих считаю. И каморку под кухней мне дали, сделал я там все сам, как захотел, соорудил в ней кровать из дубовых досок на четырех чурбанах, — истинно богатырскую кровать; под кроватью - дюжий сундук; в уголке столик такого же крепкого свойства, а возле столика — стул на трех ножках, да такой прочный и приземистый, что я сам иногда уроню его и дивлюсь прочности его. Каморка моя запирается на замок, ключ всегда ношу с собой. Я не люблю, чтобы ко мне ходили.