1936 жылдың 15 қазанда Алматы облысының Қапал ауданындағы Қоңыр ауылында туған. Найман руынан шыққан.[1]
1957-1963 жж. ҚазМУ-де сырттай оқыған, 1971 жылы Мәскеудегі Жоғары әдеби курсты бітірген.
1954-1962 жж. туған ауылында колхозшы, мұғалім, аудандық, облыстық газеттердің әдеби қызметкері, 1962-1972 жж. «Жұлдыз» журналында, «Қазақ әдебиеті» газетінде бөлім меңгерушісі, Қазақстан Жазушылар одағында кеңесші, Көркем әдебиетті насихаттау бюросының директоры, 1972-1977 жж. Қазақстан КП Орталық Комитетінде жауапты қызметкер, 1977-1980 жж. «Қазақ әдебиеті» газетінің бас редакторы, 1980-1984 жж. Қазақстан Жазушылар одағының хатшысы, 1984-1986 жж. «Жазушы» ба директоры, 1988-1991 жж. ҚЖО-ның екінші хатшысы болған.
XI сайланған Қазақ КСР Жоғарғы Кеңесінің депутаты.
Уточню: не столько злыми, сколько ненавидящими детей, рожденных от мужа в браке с предыдущей женой. Корни этого явления лежат в Средних веках, когда истории появления мачех в семьях были просты и трагичны. Во времена доиндустриального хозяйствования полнота семьи была вопросом выживания, так как без эффективного разделения труда мужа, жены и прочих домашних было невозможно вырастить и обработать урожай, да и вообще держать дом в порядке. Поэтому вдовцы-мужчины женились сразу же по окончании траура (нехристианские страны не в счет, там своя история), что тоже нашло отражение в сказках: "Купец потужил, как следовало, да потом и женился на вдовушке...". Неравные браки в крестьянской и купеческой среде были нецелесообразны из-за того же обилия физического труда, так что в дом нового мужа обычно входила женщина, имеющая уже двух-трех детей, взрослых или подростков. Сыновья, женившись, заводились домами и выпадали из семейного круга. Дочери до замужества жили с матерью, и тут в семейных отношениях начинали работать самые различные факторы, от необходимости дележа приданого между "своими" и "чужими" дочерьми, до банального несходства в характерах. Соблазн расчистить путь собственным детям за счет жизни мужниных у женщин бывал настолько велик, что детей помладше просто не пускали ночевать со всеми, оставляли морозными ночами в овинах или сенях (детально задокументированные случаи такой расправы встречались еще в конце XIX века по всем северным губерниям). Голод тоже играл свою роль, и мачехе очень часто была выгодна смерть одного из детей мужа, она банально выжить ее собственным. Из голодных времен конца XIV - середины XV веков происходит известная история о падчерице, посылаемой за огнем к Бабе Яге (европейский вариант: за хворостом в далекий лес). Нелюбимых детей, воспринимаемых как "лишние рты" часто посылали в плохой одежде на мороз, а в голодные зимы - просто выгоняли куда глаза глядят, на верную смерть, так как прокормить их дома было уже невозможно. Разумеется, проделать такое, да еще в отсутствие мужа, могущего встать на защиту "своего" ребенка было легче именно мачехе и именно в купеческой семье - отсюда распространенные сюжеты русских сказок. У европейцев сюжеты проще, так как можно было не беспокоиться, придумывая Бабу Ягу: зимняя смертность от клыков хищников в голодном XV столетии среди детей была массовой. Мачехи ей активно и так зарабатывали свою незавидную репутацию. Надо заметить, что сюжет сказки о мачехе, перенесенный в аристократическую среду, существенно меняется: в дело вступает черная магия, зависть к молодости и красоте падчериц. Выживание семьи для аристократии уже было фактом, не зависящим от обстоятельств, посему в отношениях работали совсем другие факторы: династические амбиции, та же зависть, фаворитизм, суеверия. Братья Гримм почти не кривили душой, сочиняя истории о "заказанном" придворному охотнику убийстве падчерицы - такие истории бывали обычны в Средневековье при влиятельных мачехах. Только падчериц чаще "заказывали" не убивать, а насиловать - обесчещенную и лишенную права династического сродства (а значит, более не угрожающую интересам семьи мачехи) девушку просто стригли в монахини и отправляли в дальний монастырь.
Митраша рано лишился своих родителей. Он был младше своей сестры на два года. Мальчик очень смелый, он не побоялся пройти по опасной дороге. Он пытался подражать своему отцу: выучился делать деревянную посуду, когда брат и сестра собирались за клюквой, Митраша оделся по отцовски. Так же он вспоминает, как отец наставлял его мать и пытается учить Настю. На нем лежит и всё мужское хозяйство и общественное дело. Он бывает на всех собраниях, старается понять общественные заботы. Автор описывает его с большой нежностью. Прозвище “Мужичок-в-мешочке” означает, что Митраша, хотя и невелик пока, но уже обладает качествами “мужичка”.
1936 жылдың 15 қазанда Алматы облысының Қапал ауданындағы Қоңыр ауылында туған. Найман руынан шыққан.[1]
1957-1963 жж. ҚазМУ-де сырттай оқыған, 1971 жылы Мәскеудегі Жоғары әдеби курсты бітірген.
1954-1962 жж. туған ауылында колхозшы, мұғалім, аудандық, облыстық газеттердің әдеби қызметкері, 1962-1972 жж. «Жұлдыз» журналында, «Қазақ әдебиеті» газетінде бөлім меңгерушісі, Қазақстан Жазушылар одағында кеңесші, Көркем әдебиетті насихаттау бюросының директоры, 1972-1977 жж. Қазақстан КП Орталық Комитетінде жауапты қызметкер, 1977-1980 жж. «Қазақ әдебиеті» газетінің бас редакторы, 1980-1984 жж. Қазақстан Жазушылар одағының хатшысы, 1984-1986 жж. «Жазушы» ба директоры, 1988-1991 жж. ҚЖО-ның екінші хатшысы болған.
XI сайланған Қазақ КСР Жоғарғы Кеңесінің депутаты.