Предание — жанр фольклорной несказочной прозы, разрабатывающий историческую тематику в её народной трактовке[1]. Его передают из поколения
В отличие от легенд, которые ориентированы на объяснение происхождения природных и культурных явлений и их моральную оценку, сюжеты преданий связаны с историей, историческими личностями, локальной топонимикой. От других жанров фольклорной несказочной прозы — легенд и быличек — отличаются рядом признаков: содержание преданий — исторические события и деяния исторических персонажей, действующие лица — исторические или «квазиисторические» личности (цари, правители, разбойники), мифо-эпические персонажи (великаны, мифологизированные аборигены края, первопоселенцы, воинственные противники). Для преданий характерно повествование от третьего лица (действие отнесено к , рассказчик не является очевидцем событий). Коллективная память фиксирует исторические факты не только в рамках местных топонимических легенд, но связывает сведения о конкретных событиях с представлениями о миротворении, вводит то и другое в единый историко-мифологический нарратив, охватывающий события от библейской древности до современности. В рассказах об исторических лицах и событиях действуют те же механизмы мифологизации, что и в фольклорных легендах, так или иначе связанных с каноническими и апокрифическими текстами[1].
Недавно я летала на планету венера. там красиво! на ней живут странные "чудики". они фиолетового цвета, с ушами, как у шрека. глаза у них зеленые-зеленые,причем квадратные. чудики говорили на непонятном мне языке, но мне думалось,что они зовут на ! потом они показали мне знаком, что надо идти за ними. я пошла. мы прошли немного, и я увидела такого же чудика, только он был не такой как они. он был грустный. я пождошла к нему, он сразу сжался, видно боится меня. вдруг я увидела что он весь в ранах. я с собой всегда носила зеленку и пластыри, на всякий случай. вот этот случай наступил. я взяла зеленку и раны монстрика. а потом заклеила пластырем. чудик встал. он начал прыгать и..улыбаться. так же я попробовала национальное блюдо венерианцев - "метеорплантес".было вкусно! меня научили готовить его, жаль на земле нет нужных ингридиентов. но я сказала "чудикам" что прилечу к ним еще! ну и конечно захватила ингридиенты на блюдо!
"Конь с розовой гривой" это обычный пряник в розовой глазури, но для сироты, у которого мать утонула в реке, эта сладость была как кусочек счастья, что бы бабушка ему привезла этот пряник, мальчик идет на хитрость. На которую не сам додумался другой мальчик его надоумил, но желания получить "коня" и подтолкнуло на обман бабушку. Но не смотря на то, что он не выполнил поручения бабушки да ещё и обманул её, малыш все же получил желанную сладость. И так ему стало неловко за обман, даже спустя годы, когда бабушки и дедушки уже не стало, герой вспоминает тот пряник, и вроде он должен был бы быть сладок, только горечь хитрости его самого, портит вкус коня с розовой гривой
Предание — жанр фольклорной несказочной прозы, разрабатывающий историческую тематику в её народной трактовке[1]. Его передают из поколения
В отличие от легенд, которые ориентированы на объяснение происхождения природных и культурных явлений и их моральную оценку, сюжеты преданий связаны с историей, историческими личностями, локальной топонимикой. От других жанров фольклорной несказочной прозы — легенд и быличек — отличаются рядом признаков: содержание преданий — исторические события и деяния исторических персонажей, действующие лица — исторические или «квазиисторические» личности (цари, правители, разбойники), мифо-эпические персонажи (великаны, мифологизированные аборигены края, первопоселенцы, воинственные противники). Для преданий характерно повествование от третьего лица (действие отнесено к , рассказчик не является очевидцем событий). Коллективная память фиксирует исторические факты не только в рамках местных топонимических легенд, но связывает сведения о конкретных событиях с представлениями о миротворении, вводит то и другое в единый историко-мифологический нарратив, охватывающий события от библейской древности до современности. В рассказах об исторических лицах и событиях действуют те же механизмы мифологизации, что и в фольклорных легендах, так или иначе связанных с каноническими и апокрифическими текстами[1].