Тема родины была ведущей в творчестве многих писателей и поэтом, главной она была и для А.Блока. Он сумел увидеть в России и тютчевскую тайну, и некрасовскую деревенскую Русь, и летящую вдаль гоголевскую птицу-тройку. Но только у Блока патриотическая тема так полно сомкнулась с любовной лирикой. Поэт любит Россию не как мать, а как возлюбленную.
О, Русь моя! Жена моя! До боли
Нам ясен долгий путь!
Россию он ощущает только в движении, в устремлении вперед, в бескрайнюю даль будущего и выражает это лирически окрашенным пейзажем, образами:
И вечный бой! Покой нам только снится
Сквозь кровь и пыль….
Летит, летит степная кобылица
И мнет ковыль…
Таким А.Блока читатель увидел в его знаменитом цикле «На поле Куликовом». Когда Блок писал его, он размышлял о народе, об исторических судьбах страны. Цикл состоит из пяти стихотворений, объединенных единой целью. Поэт пытался показать поворотные для Древней Руси события – битвы между ратью Московского великого князя Дмитрия Ивановича (впоследствии прозванного Донским) и татарским войском:
В степном дыму блеснет святое знамя
И ханской сабли сталь….
Мы, сам друг, над степью в полночь стали:
Не вернуться, не взглянуть назад.
За Непрядвой лебеди кричали,
И опять, опять они кричат…
…Я – не первый воин, не последний,
Долго будет родина больна….
«Мы» для Блока не только поколение, «полки», это все герои, которые из века в век готовы «за святое дело мертвым лечь».
И образ родины, Руси чувствуется постоянно на протяжение всего цикла. У Блока «средь ночных полей», «в тумане над Непрядвой спящей» появляется «лик нерукотворный», чтобы поддержать воинов. И каждый раз после сечи воцаряется ночь, тьма,»дикие страсти», вселяющие в «растерзанное сердце» лирического героя отчаяние:
И я с вековою тоскою,
Как волк над ущербной луною,
Не знаю, что делать с собою,
Куда мне лететь за тобою!
Для поэта Куликовская битва - символическое событие, которому суждено повториться. Народная воля, которая копилась под гнетом, взрывается мятежом:
Но узнаю тебя, начало
Высоких и мятежных дней!
И мы чувствуем вместе с поэтом, что его родина несется, как «степная кобылица», навстречу катастрофе, и остановить её невозможно. Ведь это был уже 1908 год…
Я люблю читать. Поэтому, когда в школе задали прочитать повесть А.С. Пушкина «Капитанская дочка», я с удовольствием прочла эту книгу. И была восхищена героями повести: Петром Гринёвым и Машей Мироновой. А ещё мне очень понравился Емельян Пугачёв. Пугачёв – историческая личность. Мы знаем о нём из уроков истории. Но это всего лишь исторические документы. А в повести Пушкина я увидела живого человека со всеми его достоинствами и недостатками. Первое знакомство с Емельяном Пугачёвым происходит в самом начале произведения. В метель Гринёв заблудился. Ему пришлось бы ночевать в степи, если бы не встретился на дороге простой мужик, наблюдательный и сметливый. Он вывел Гринёва и его спутников к жилью. Следующая встреча с Пугачёвым ни для главного героя, ни для читателей не очень приятная. Мы видим этого человека предводителем восстания, жестоким и немилосердным. Он без сожаления казнит капитана Миронова и его сторонников. Мятежники не жалеют даже беззащитной женщины, и Василиса Егоровна пала по приказу Пугачёва. Но и в этой сложной ситуации предводитель крестьян проявляет благородство. Он не только милует Гринёва, помня щедрость и доброту последнего, но и его от толпы своих подручных. И на протяжении всей повести мы можем наблюдать противоречивость натуры Пугачёва. Но особенно привлекательным для меня оказался Пётр Гринёв, молодой человек, который честь, данное слово ставит превыше всего. Он не задумывается над тем, сохранит ли он жизнь. Для него важнее не в трудную минуту, не упасть духом в момент казни. Когда же смерть миновала его, он смело говорит Пугачёву, что не сможет служить ему, так как присягал императрице. Когда любимая девушка оказалась в беде, Гринёв мчится её. Так велит ему сердце и долг. У Маши Мироновой не осталось никого на свете, кто бы мог за неё заступиться, поэтому молодой человек считает своим долгом девушку. Он понимает, чем грозит ему отъезд из Оренбурга. И всё же едет к Пугачёву, чтобы у него искать защиты и Во время ареста Гринёв мог бы себя, рассказав, зачем он покинул расположение части. Но он опять думает не о своей жизни, а о том, сколько придётся пережить Маше, если её вызовут на допрос. Маша Миронова – единственный женский образ в повести, не считая её матери и попадьи, которые играют эпизодические роли. Эта девушка – идеал русской женщины, такой, какой видел её Пушкин. Под робкой внешней оболочкой скрывается сильная натура. Она под стать Петру Гринёву – верна своему слову, готова на всё ради любимых ею людей. Главные герои повести «Капитанская дочка» – личности неординарные. Они наделены внутренней красотой и силой, которую невозможно купить. Их можно только воспитать в себе
В благоустроенный покой фамусовского дома Чацкий ворвался как ветер. Но его бурные чувства, громкий и неудержимый смех, искренняя нежность и пылкое негодование неуместны здесь. В доме, где все построено на притворстве и обмане, где дочь прячет свои отношения с Молчал иным от отца, а отец свои «шалости» с Лизой от дочери, искренность Чацкого «незваная гостья». В доме, где смиренное безмолвие Молчалина почитается добродетелью, красноречие Чацкого выглядит дерзким. В доме, где все расписано по календарю, порывистость Чацкого сулит ему лишь неприятные неожиданности.И потому в доме Фамусова Чацкий встречен холодно и неприязненно, потому его «дичатся, как чужого». Но зачем он здесь? Зачем он терпит холодность Софьи, ее колкости, поучения и сожаления Фамусова, спесь и остроты Скалозуба? Ведь Чацкий знает, что «к свободной жизни их вражда непримирима».Любовь к Софье. Чацкий — человек пылких, но не быстротечных чувств. Уехавши влюбленным, он возвращается с чувствами, усиленными разлукой. Его признания трепетны и стремительны, и он пытается отбросить все очевидные возражения. У Чацкого, по его собственному признанию, «ум с сердцем не в ладу». И здесь Чацкий прав: ум подсказывает ему необходимость разрыва с домом Фамусова, а сердце не может отказаться от любви. И потому Чацкий, уже слыша, как Софья защищает Молчалина, уже видя, как волнует Софью его падение с лошади, все-таки хочет еще и еще раз убедиться в обратном тому, что он видит. Однако не только чувства, которые «надежду придают», но и благородный ум Чацкого не может смириться с привязанностью Софьи к Молчалину. Чацкий не может понять, как можно любить ничтожество, и в надвигающихся перед балом сумерках он расспрашивает Софью и пытается открыть для себя заново Молчалина. А может быть, Молчалив имеет скрытые достоинства?Софья и отважилась сказать «истины два слова». Оказывается, что прежде всего ее отталкивает «особенностей бездна», его непохожесть на других. Это признание удивляет Чацкого, удивляет настолько, что он забывает об осторожности: Я странен, а не странен кто ж? Тот, кто на всех глупцов похож; Молчалин, например... И стоило прозвучать этому имени в устах Чацкого, как Софья опять замкнулась, захотела перевести разговор. Чацкий ощущает пропасть между своими чувствами и понятиями и происходящим на его глазах сближением Молчалина с Софьей.
Тема родины была ведущей в творчестве многих писателей и поэтом, главной она была и для А.Блока. Он сумел увидеть в России и тютчевскую тайну, и некрасовскую деревенскую Русь, и летящую вдаль гоголевскую птицу-тройку. Но только у Блока патриотическая тема так полно сомкнулась с любовной лирикой. Поэт любит Россию не как мать, а как возлюбленную.
О, Русь моя! Жена моя! До боли
Нам ясен долгий путь!
Россию он ощущает только в движении, в устремлении вперед, в бескрайнюю даль будущего и выражает это лирически окрашенным пейзажем, образами:
И вечный бой! Покой нам только снится
Сквозь кровь и пыль….
Летит, летит степная кобылица
И мнет ковыль…
Таким А.Блока читатель увидел в его знаменитом цикле «На поле Куликовом». Когда Блок писал его, он размышлял о народе, об исторических судьбах страны. Цикл состоит из пяти стихотворений, объединенных единой целью. Поэт пытался показать поворотные для Древней Руси события – битвы между ратью Московского великого князя Дмитрия Ивановича (впоследствии прозванного Донским) и татарским войском:
В степном дыму блеснет святое знамя
И ханской сабли сталь….
Мы, сам друг, над степью в полночь стали:
Не вернуться, не взглянуть назад.
За Непрядвой лебеди кричали,
И опять, опять они кричат…
…Я – не первый воин, не последний,
Долго будет родина больна….
«Мы» для Блока не только поколение, «полки», это все герои, которые из века в век готовы «за святое дело мертвым лечь».
И образ родины, Руси чувствуется постоянно на протяжение всего цикла. У Блока «средь ночных полей», «в тумане над Непрядвой спящей» появляется «лик нерукотворный», чтобы поддержать воинов. И каждый раз после сечи воцаряется ночь, тьма,»дикие страсти», вселяющие в «растерзанное сердце» лирического героя отчаяние:
И я с вековою тоскою,
Как волк над ущербной луною,
Не знаю, что делать с собою,
Куда мне лететь за тобою!
Для поэта Куликовская битва - символическое событие, которому суждено повториться. Народная воля, которая копилась под гнетом, взрывается мятежом:
Но узнаю тебя, начало
Высоких и мятежных дней!
И мы чувствуем вместе с поэтом, что его родина несется, как «степная кобылица», навстречу катастрофе, и остановить её невозможно. Ведь это был уже 1908 год…