Прочитайте эпизод разговора дыбакова со шкилетником.определите,кому симпатизирует автор рассказа.докажите своё мнение цитатами из текста. вместе с другими я был свидетелем нечаянного разговора дыбакова с одним шкилетником. дыбаков — первый секретарь партии в нашем районе, высокий, в полувоенном кителе с рублено прямыми плечами, в пенсне на тонком горбатом носу. ходил он, заложив руки за спину, выгнувшись, выставив грудь, украшенную накладными карманами. в клубе железнодорожников проходила какая-то районная конференция. все руководство района во главе с дыбаковым направлялось в клуб по усыпанной толченым кирпичом дорожке. мы, , за неимением других зрелищ тоже сопровождали дыбакова. неожиданно он остановился. поперек дорожки, под его хромовыми сапогами, лежал оборванец — костяк в изношенной, слишком просторной коже. он лежал на толченом кирпиче, положив коричневый череп па грязные костяшки рук, глядел снизу вверх, как глядят все умирающие с голоду — с кроткой скорбью в неестественно громадных глазах. дыбаков переступил с каблука на каблук, хрустнул насыпной дорожкой, хотел было уже обогнуть случайные мощи, как вдруг эти мощи разжали кожистые губы, сверкнули крупными зубами, сипяще и внятно произнесли: — поговорим, начальник. обвалилась тишина, стало слышно, как далеко за пустырем возле бараков кто-то от безделья тенорит под ̆ку: хорошо тому живется, у кого одна нога, сапогов не много надо и портошина одна. — аль боишься меня, начальник? из-за спины дыбакова вынырнул, райкомовский работник товарищ губанов, как всегда с не застёгивающимся портфелем под мышкой: — мал-чать! мал- лежащий кротко глядел на него снизу вверх и жутко скалил зубы. дыбаков движением руки отмахнул в сторону товарища губанова. — поговорим. спрашивай — отвечу. — перед смертью за за что неужель всерьез за то, что две лошади имел? — шелестящий голос. — за это, — спокойно и холодно ответил дыбаков. — и признаешься! ну-у, — мал-чать! — подскочил опять товарищ губанов. и снова дыбаков небрежно отмахнул его в сторону. — дал бы ты рабочему хлеб за чугун? — что мне ваш чугун, с кашей есть? — то-то и оно, а вот колхозу он нужен, колхоз готов за чугун рабочих кормить. хотел ты идти в колхоз? только честно! — не хотел. — почему? — всяк за свою свободушку стоит. — да не свободушка причина, а лошади. лошадей тебе своих жаль. кормил, холил — и вдруг отдай. собственности своей жаль! разве не так? доходяга , помигал скорбно и, казалось, даже готов был согласиться. — отыми лошадей, начальник, и остановись. зачем же еще и живота лишать? — сказал он. — а ты простишь нам, если мы отымем? ты за спиной нож на нас точить не станешь? честно! — кто знает. — вот и мы не знаем. как бы ты с нами поступил, если б чувствовал — мы на тебя нож острый сказать тогда до свидания. дыбаков перешагнул через тощие, как палки, ноги собеседника, двинулся дальше, заложив руки за спину, выставив грудь с накладными карманами. за ним, брезгливо обогнув доходягу, двинулись и остальные. он лежал перед нами, мальчишками, — плоский костяк и тряпье, череп на кирпичной крошке, череп, хранящий человеческое выражение покорности, усталости и, ̆, задумчивости. он лежал, а мы его разглядывали. две лошади имел, кровопивец! ради этих лошадей стал бы точить нож на нас. «если враг не » здорово же его отделал дыбаков.
Автор симпатизирует Дыбакову.
Вот как описан Дыбаков : "высокий, в полувоенном кителе с
рублено прямыми плечами, в пенсне на тонком горбатом носу. Ходил он, заложив руки за спину, выгнувшись, выставив грудь, украшенную накладными карманами".
А вот так описан шкилетник: "оборванец — костяк в изношенной, слишком просторной коже. Он лежал на толченом кирпиче, положив коричневый череп на грязные костяшки рук..."
Дыбаков убежден в своей правоте, в правильности своих действий и поступков, его речь спокойна, он держится с достоинством, он правдиво отвечает на трудные вопросы шкилетника.
Шкилетник всего лишь мелкий собственник, не подняться над личным ради общественного, а Дыбаков служит высокой цели и ради своих убеждений готов жертвовать людьми.
У шкилетника нет имени и фамилии, автор называет его просто "доходяга", но всё же он относится к шкилетнику с долей сочувствия, как к человеку, умирающему от голода.