Я учусь в (в каком классе учишся ты) классе. Мне нравится размышлять о будущем. Какую профессию мне выбрать?
Моя мама учитель. И мне, как всем детям, хочется быть похожей на неё. Я люблю слушать мамины рассказы о школе и её учениках. Она рассказывает о них с такой любовью, как будто все они её дети. Я даже немного ревную. Но когда на уроке вижу, как слушают, и как любят мою маму ученики, очень горжусь ею. И я поняла, что настоящий учитель любит не только свой предмет, но и своих учеников.
Когда я обдумывала тему сочинения, мне вспомнилась «Легенда о Данко» М. Горького, мы читали её с мамой. Настоящий учитель, как Данко освещает своим сердцем, своим умом и любовью жизненный путь учеников. И, от того каким он будет, зависит будущее учеников.
«Не за деньги, славу или звания
Пестуют детей учителя,-
Это их высокое звание,
На котором держится земля!»
Не каждый человек может стать учителем. А быть настоящим Учителем - это призвание и талант.
Я думаю, что мой учитель Прокофьева Марина Дмитриевна заслуживает это звание. Она добрая и требовательная, справедливая и мудрая. Марина Дмитриевна всегда в творческом поиске, вдохновляет учеников на достижение всё новых и новых высот. А ещё она учит нас жить и любить Родину, родителей, друзей и всех людей. Марина Дмитриевна радуется нашим успехам и победам. Даже самым маленьким – первое прочитанное слово, правильно решённый пример, удачно написанное сочинение. И мы стараемся радовать её своими успехами. Мы очень любим своего учителя и хотим быть похожими на неё.
Вот и получается, что учитель – это очень высокое звание, а не профессия.
Учитель – это целая жизнь. Конечно, учитель не Бог, не великий мудрец, и не может вершить судьбы и предопределять будущее. Но он непосредственный участник. Ведь именно учителю доверено самое дорогое – дети, будущее страны, будущее всей планеты. И самой главной радостью для учителя является благодарность учеников.
«Не смейте забывать учителей!
Пусть будет жизнь достойна их усилий-
Учителями славится Россия.
Учителя приносят славу ей.
Не смейте забывать учителей»
Не смейте наступать на «гордое сердце» ногой. Не уподобляйтесь осторожным людям. Пусть вечно горит «гордое сердце» Учителя!
ОГРАНИЧЕНИЕ БЕСКОНЕЧНОСТИ. АНГЕЛ. РАЗМЫШЛЕНИЯ О ПОЭЗИИ.Мне все же кажется — я выздоровею, я могу выздороветь. Прекрасно спал. Никаких этих снов или иных болезненных явлений. Завтра придет ко мне милая О, все будет просто, правильно и ограниченно как круг. Я не боюсь этого слова — «ограниченность»: работа высшего, что есть в человеке, — рассудка — сводится именно к непрерывному ограничению бесконечности, к раздроблению бесконечности на удобные, легко переваримые порции — дифференциалы. В этом именно божественная красота моей стихии — математики. И вот понимания этой самой красоты как раз и не хватает той. Впрочем, это так — случайная ассоциация.Все это — под мерный, метрический стук колес подземной дороги. Я про себя скандирую колеса — и стихи R (его вчерашняя книга). И чувствую: сзади, через плечо, осторожно перегибается кто-то и заглядывает в развернутую страницу. Не оборачиваясь, одним только уголком глаза, я вижу: розовые, распростертые крылья-уши, двоякоизогнутое... он! Не хотелось мешать ему — и я сделал вид, что не заметил. Как он очутился тут — не знаю: когда я входил в вагон — его как будто не было.Это незначительное само по себе происшествие особенно хорошо подействовало на меня, я бы сказал: укрепило. Так приятно чувствовать чей-то зоркий глаз, любовно охраняющий от малейшей ошибки, от малейшего неверного шага. Пусть это звучит несколько сентиментально, но мне приходит в голову опять все та же аналогия: ангелы-хранители, о которых мечтали древние. Как много из того, о чем они только мечтали, в нашей жизни материализовалось.В тот момент, когда я ощутил ангела-хранителя у себя за спиной, я наслаждался сонетом, озаглавленным «Счастье». Думаю — не ошибусь, если скажу, что это редкая по красоте и глубине мысли вещь. Вот первые четыре строчки:Вечно влюбленные дважды два,
Вечно слитые в страстном четыре,
Самые жаркие любовники в мире —
Неотрывающиеся дважды два...
И дальше все об этом: о мудром, вечном счастье таблицы умножения.Всякий подлинный поэт — непременно Колумб. Америка и до Колумба существовала века, но только Колумб сумел отыскать ее. Таблица умножения и до R-13 существовала века, но только R-13 сумел в девственной чаще цифр найти новое Эльдорадо. В самом деле: есть ли где счастье мудрее, безоблачнее, чем в этом чудесном мире. Сталь — ржавеет; древний Бог — создал древнего, т. е ошибаться, человека — и, следовательно, сам ошибся. Таблица умножения мудрее, абсолютнее древнего Бога: она никогда — понимаете: никогда — не ошибается. И нет счастливее цифр, живущих по стройным, вечным законам таблицы умножения. Ни колебаний, ни заблуждений. Истина — одна, и истинный путь — один; и эта истина — дважды два, и этот истинный путь — четыре. И разве не абсурдом было бы, если бы эти счастливо, идеально перемноженные двойки — стали думать о какой-то свободе, т. е. ясно — об ошибке? Для меня — аксиома, что R-13 сумел схватить самое основное, самое...Тут я опять почувствовал — сперва на своем затылке, потом на левом ухе — те